Поделиться в социальных сетях:

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Rating 0.00 (0 Votes)

ЭТО СЛАДКОЕ СЛОВО "НЕВОЛЯ"

Часть 2
     Автобус уже около часа трясся по разбитому асфальту, всё больше удаляясь от города. Пассажиров было немного: две бабульки, увешанные котомками, молодая супружеская пара с малолетним ребенком, который постоянно ёрзал, силясь дотянуться до окна, несколько мужчин в грязных спецовках.

На заднем сидении притаилась молодая девушка, явно городская. Обняв свою небольшую дорожную сумку, она безучастно смотрела в окно грустными глазами.
     Хоть Вадик и советовал ничего из вещей не брать, но Алиса, скорее повинуясь женскому инстинкту, чем здравому смыслу, сунула в сумку кроме туалетных принадлежностей пару смен нижнего белья, свитер и косметичку с набором кремов. Одета она была просто и удобно: джинсы, кроссовки, ковбойка и легкая жилетка с множеством карманов. На голову была надета бейсболка, из-под которой выбивалась непослушная чёлка. День был солнечный, и девушка водрузила на нос солнцезащитные очки с зеркальными стеклами.
 - Кто спрашивал развилку? – крикнул водитель.
 - Я, - Алиса привстала со своего места.
 - Приехали, - автобус затормозил у бетонной будки, сплошь разрисованной граффити.
     Девушка вышла и остановилась на обочине, оглядываясь вокруг. Вадика нигде не было, и она начала уже беспокоиться. Конечно, можно было перейти дорогу и сесть на обратный автобус, но его придется долго ждать? А самое главное, одноклассник не шутил, когда грозился выложить в интернет тот злосчастный ролик.
     Прошло минут десять, но никто не появлялся, и Алиса, которой надоело торчать у края проезжей части и глотать пыль, серыми тучами поднимавшуюся от проезжавших мимо машин, уселась на скамейку. Рев мотоциклетного мотора разорвал тишину пригорода. Окутанный клубами сизого дыма, к будке подлетел расписанный всеми цветами радуги спортивный скутер, на котором гордо восседал парень в малиновом шлеме и потертой кожаной куртке.
 - Давно ждешь? – спросил он, не снимая шлема, - Ладно, садись и держись крепко.
     Алиса перекинула сумку через плечо и уселась на заднее сидение. Держаться за Вадика она не захотела, а ухватилась за края багажника с такой силой, что побелели пальцы. Мотор взревел, и они помчались по ухабистой проселочной дороге в сторону от шоссе. Вадик прекрасно вел свой мотоцикл, ловко огибая рытвины и кочки, и девушку не трясло. Но всё равно было страшновато из-за приличной скорости, на которой они неслись.
     Но вскоре впереди показался поселок, и парень поехал медленнее. Они свернули на уложенную крупной плиткой тропинку и въехали в распахнутые железные ворота. Девушка увидела огромный двор, выложенный кирпичом, посреди которого возвышался трехэтажный особняк со сводчатой крышей и массивным мраморным крыльцом.
 - Нравится? – самодовольно улыбаясь, спросил Вадик, стаскивая с головы шлем, - Ты, наверное, никогда таких домов и в глаза не видела.
 - Ну, не видела, - пожала плечами Алиса, - Но ведь это же всё не твоё.
 - Папашино, - отмахнулся парень, - Но придет время, и всё это будет моим. Не сомневайся.
     Они вошли в просторный богато обставленный холл, и Вадик сразу же плюхнулся в кресло, закинув ногу на подлокотник. Алиса поставила сумку в угол и уже хотела присесть, но парень щелкнул пальцами.
 - Значит так! – сказал он, слащаво лыбясь, - Выслушаешь мои условия и решай. У тебя два пути. Первый – ты уезжаешь отсюда, но уже завтра в сети появляется ролик. Думаю, рейтинг у него будет высокий. Второй – ты выполняешь всё, что я тебе прикажу. Через месяц ты свободна. Я отдаю тебе диск и плачу приличные бабки. Согласна?
 - Что тебе от меня нужно? – голос Алисы заметно задрожал, - Говори, не тяни.
 - Ну, ладно, - лицо Вадика стало каменным, - Весь месяц ты будешь моей рабыней.
 - В каком смысле? – решила уточнить девушка.
 - Во всех смыслах, - Вадик встал с кресла, - Вспомни историю. Кто такая рабыня? Женщина без прав и имущества, принадлежащая своему хозяину, который волен сделать с ней, что пожелает, и она не смеет ему отказывать. Иначе её ожидает смерть. В твоём случае смертью будет ролик. Если начнешь кочевряжиться, я выложу фильмец в сеть. Так что, тебе придется очень постараться, чтобы я этого не сделал.
 - Я не поняла, - Алиса чуть подалась вперед, - Я должна с тобой спать, что ли?
 - Хочешь легко отделаться? – усмехнулся молодой человек, - Этого, как раз, я от тебя требовать не могу. Не хочу попасть за решетку за изнасилование несовершеннолетней. Но в остальном всё будет по-настоящему.
 - А именно? – не отставала Алиса.
 - Ошейник, цепи, кляпы, тяжелая работа,  - Вадик хладнокровно перечислял все атрибуты рабской жизни, - Клетка, темный подвал.
     Девушка внезапно почувствовала, как краска залила её лицо. Видимо, парень это заметил, потому что насторожился и даже потянулся за графином с водой, стоявшем на столике. Но, видя, что Алиса не собирается падать в обморок, немного успокоился и произнес:
 - Я понимаю, тебе нужно время, чтобы всё обдумать. До завтрашнего утра хватит?
 - Х-хватит, - выдавила из себя девушка и вдруг добавила, - М-мож-жет, и р-раньш-ше.
 - Прекрасно, - Вадик шумно выдохнул.
     Он проводил девушку на второй этаж и показал комнату, где она сможет отдохнуть и подумать. Пообещал, что не будет беспокоить и скоро позовет обедать. Но предупредил, что рабыни в таких хоромах не живут, и что у него приготовлено другое помещение. Но только в том случае, если она согласится.
     Когда за парнем закрылась дверь, Алиса бросилась на кровать и обхватила голову руками. Но слез не было, только всё тело колотила мелкая дрожь. Не разуваясь, она забралась под покрывало и свернулась калачиком, пытаясь унять озноб. Из отдаленных уголков её сознания начали выползать всевозможные картины, природу которых девушка не могла разгадать.
     Стоило ей закрыть глаза, и, будто наяву, возникали сцены, в которых закованные по рукам и ногам обнаженные красавицы тащили в гору тяжелые вагонетки под окрики надсмотрщиков и свист бичей, стирали горы белья, задыхаясь от густого пара, исходившего от огромных чанов, пололи грядки под палящим солнцем.
     Картины сменяли одна другую, а в ушах стоял непрекращающийся стон, плач, мольбы о пощаде. Стук в дверь прозвучал, как спасительный сигнал. Алиса встрепенулась и высунула голову из-под покрывала. Только сейчас она заметила, что ширинка на её джинсах расстегнута, а правая рука на всю ладонь погрузилась в трусики, насквозь пропитавшиеся обильной смазкой.
     Быстро приведя в порядок одежду, девушка вскочила на ноги.
 - Можно? – стук повторился с большей настойчивостью.
 - Д-да-а, - срывающимся голосом, произнесла она.
 - Я жратву приготовил, - Вадик с недоумением смотрел на свою одноклассницу, - Есть будешь?
 - Я хочу умыться, - сказала Алиса, пряча правую руку за спину, - Где моя сумка?
 - Вот, - парень поставил сумку на пол, - А туалет и ванна за той дверью. Только поторопись, а то всё остынет.
     Заперев дверь, Алиса включила воду и встала под тугую струю душа. Напряжение спадало, голова прояснялась. Настала пора принять решение.

 - Я приняла решение, - Алиса отодвинула чашку с недопитым чаем, - Но у меня тоже есть условия.
 - Слушаю, - Вадик внешне выглядел спокойным, но девушка понимала, как у него напряжены мышцы.
 - Чтобы никаких побоев, синяков, ссадин, - продолжила Алиса уже смелее.
 - Понятно.
 - Я никогда не выполняла тяжелую физическую работу. Могу не выдержать.
 - Уборка дома и готовка – не такая уж и тяжелая работа, - рассмеялся парень, - Но я не буду тебя изматывать.
 - Тогда я готова, - Алиса выпрямила спину и подняла голову.
 - Тогда пошли, - Вадик резко вскочил на ноги, - Но у меня одно замечание.
 - Какое? – девушка невольно съежилась.
 - При разговоре со мной, раз уж ты рабыня, добавляй слово «Господин». Поняла?
 - Да, господин, - Алиса даже удивилась от того, каким кротким вдруг стал её голос.
 - Великолепно, - парень даже улыбнулся, - Схватываешь на лету.
     Они прошли в глубь холла и остановились около маленькой узкой двери, расположенной под лестницей. Вадик отпер защелку и, небрежно толкнув тонкую створку ногой, жестом приказал Алисе войти. Комнатушка, где она оказалась, была темной, но спертого воздуха не ощущалось. Когда парень зажег свет, девушка поняла, что они находятся в самой обыкновенной кладовке, где хранились ведра, половые тряпки, швабры и другая домашняя утварь, которой придется пользоваться рабыне при уборке дома.
     В дальнем углу под наклонным потолком стоял узкий низкий топчан на деревянных ножках. Он был покрыт старым покрывалом. Подушки или валика Алиса не заметила, но увидела ввинченное в стену большое металлическое кольцо, явно предназначавшееся ей. На топчане была разложена какая-то одежда, тоже, видимо, приготовленная для неё.
 - Переоденься, рабыня, - властным голосом приказал новоиспеченный господин.
 - Да, господин, - Алиса шагнула к лежаку.
     Заметив её замешательство, Вадик тихо засмеялся, но выходить не стал. Наоборот, он опустился на небольшой стул, стоявший в углу, и сложил руки на груди.
 - Я жду, рабыня, - Вадик пристально посмотрел на девушку, - Я – твой хозяин и имею право любоваться прелестями своей рабыни. Даже трогать те места, которые захочу.
     Алиса вздрогнула от этих слов, но сумела взять себя в руки.
 - Еще не поздно отказаться,  - с издевкой сказал Вадик.
 - Нет, господин, - девушка начала расстегивать пуговицы на рубашке.
     Впервые ей приходилось раздеваться перед мужчиной. Если бы Алиса стояла лицом к своему господину, Вадик бы видел, как густая краска стыда заливает её лицо. С огромным трудом преодолевая дрожь, рабыня стянула рубашку с плеч и откинула в сторону. Следом туда же отправились и джинсы.
 - Быстрее, рабыня! - прикрикнул на неё Вадик, - Я тебя не стриптиз просил показывать. Пошевеливайся!
     Алиса расстегнула лифчик. Её полные груди, почувствовав свободу, буквально выпрыгнули из чаш. Еле сдерживая слезы, она отложила бюстгальтер на лежанку и тут же прикрыла груди ладошками. Вадик недовольно хмыкнул, но подгонять не стал. Девушка услышала его ровный, непохожий на прежний голос.
 - Послушай, - тихо произнес парень, - Я уже видел тебя обнаженной, так что стесняться нечего. Ты же рабыня. Кстати, мне очень понравилось твоё тело. Ты можешь им гордиться.
 - Простите, господин, - еле слышно отозвалась Алиса и начала стаскивать с себя трусики.
     Тонкий почти прозрачный шелк неслышно опустился на топчан. Девушка сжала бедра и повернулась к хозяину лицом. Её удивило, что лицо Вадика не было насмешливым. Наоборот, он с наслаждением рассматривал её во все глаза. Алиса даже почувствовала, какие усилия прилагает парень, чтобы не броситься на неё.
 - Надевай платье, - хрипловатым голосом приказал господин.
     Алиса в мгновение ока влезла в узкое короткое платье и очень удивилась, что оно пришлось ей в пору. Одернув подол, девушка даже перестала дрожать, хотя, платье было таким коротким, что едва прикрывало ягодицы. Отложной белый воротничок аккуратно лег на плечи, открывая тонкую изящную шею девушки.
 - Фартук, - приказал Вадик.
     Нагрудник послушно лег на выпирающие полушария, и, когда Алиса завязала тесемки, ласково прижался к соскам, очертив высокий упругий бюст. Девушка услышала, как прищелкнул языком её господин, поворачивая рабыню из стороны в сторону.
     Налюбовавшись, он дал рабыне легкие тапочки.
 - А теперь я надену на тебя ошейник и цепи, - сказал хозяин каким-то странным загадочным голосом.
     Щелчок запора прозвучал, как выстрел. Холодный металл обхватил шею невольницы, словно лишая её всякой надежды на свободу. Еще мгновение, и на лодыжках защелкнулись браслеты, соединенные тонкой прочной цепью. Следуя приказам, Алиса послушно вытянула вперед руки, и Вадик надел на запястья наручники.
 - Теперь ты готова, рабыня, - сказал он, глотая слюну, - Убери со стола и вымой посуду.
 - Да, господин, - Алиса покорно склонила голову.
     Мерно позвякивали цепи, пока Алиса собирала со стола грязную посуду и складывала её в мойку. Она не испытывала неудобств ни от ошейника, сделанного из какого-то очень легкого сплава, ни от наручников и ножных цепей.
     Хозяин её тоже не донимал. Усевшись в кресле, он листал какую-то старинную книгу, положив её на колени. Лишь изредка Вадик бросал мимолетный взгляд на кухонную дверь, когда переставал слышать перезвон оков рабыни.
 - Не устала? – спросил он, когда Алиса вышла из кухни.
 - Нет, господин, - девушка сложила руки под грудью и опустила голову.
     Вадик улыбнулся, радуясь покорности рабыни. Усадив девушку за небольшой письменный стол, он велел ей выписать в большую тетрадь отмеченные в книге места, а сам вышел на улицу. Алиса с усердием начала переписывать текст, к своему стыду не понимая, что это такое. Лишь в самом конце до неё внезапно дошло, что это не что иное, как основы международного права.
 - Зачем ему это? – удивилась она, откладывая в сторону тетрадь.
     Вадик зашел в дом и запер входную дверь на ключ. Просмотрев работу рабыни, он удовлетворенно хмыкнул и отправил девушку на кухню приготовить легкий ужин.
     Ел парень медленно, демонстративно смакуя каждый кусочек. Косясь на Алису, он с явным наслаждением наблюдал, как девушка, стоя в углу, смотрит на него. Ему нравилось повелевать ею, но Вадик вдруг понял, что совсем не хочет унижать её. Достав чистую тарелку, он выложил на неё несколько кусочков курицы и пару долек помидора.
 - Поешь, рабыня, - спокойно сказал он, - Потом уберешь со стола.

     Был поздний вечер. Алиса, закончив все хозяйственные дела, тихо сидела на кухне, ожидая новых распоряжений хозяина. Вадик подошел к ней и несколько минут мерил рабыню взглядом.
 - Тебе пора спать, - сказал он с напускной строгостью, - Даю тридцать минут на все твои женские дела. Потом ты переоденешься, и я тебя приготовлю для ночи.
 - Да, господин, - Алиса уже хотела отправиться в комнату, в которой отдыхала, но остановилась в раздумье.
 - Твой туалет и раковина там, - господин кивком головы указал на небольшую коморку рядом с кладовкой.
     Девушка поспешно скрылась за дверью. Парень терпеливо ждал, пока она оттуда выйдет. Потом взялся за кольцо в ошейнике и отвел девушку в кладовку. Сняв с неё цепи и ошейник, он снова приказал Алисе раздеться догола.
     Вынув из небольшого шкафчика сверток, Вадик бросил его на лежак. Алиса смотрела на всё происходящее с интересом, смешанным с возникшим внезапно страхом. Развязав сверток, Вадик начал доставать оттуда один предмет за другим, искоса поглядывая на рабыню.
 - Надень это, - он протянул Алисе черные блестящие чулки и пояс для них.
     Девушка взяла в руки новую одежду. Мелкая дрожь опять прокатилась по её телу. Латекс. Но только очень хорошего качества. Интересно, где он всё это взял? Алиса натянула чулки, которые обволокли её ноги, как вторая кожа. Потом надела пояс, который хрустел при каждом прикосновении, и закрепила чулки широкими резинками.
     Вадик протянул ей трусики. Это был совсем маленький резиновый треугольник с тонкими тесемками, который едва ли смог бы закрыть промежность полностью. Затычек не было, и Алиса даже немного расстроилась.
     Надев трусики и подтянув тесемки, она почувствовала, как лепесток холодной резины накрыл ей половые губки, а задняя тесьма улеглась между ягодицами. Вадик, пристально следивший за всеми движениями рабыни, загадочно улыбнулся и вынул из кармана небольшую резиновую пробку, обернутую тонким розоватым целлофаном. Распечатав её, он протянул девушке затычку.
 - Оближи её и вставь себе в передок, - приказал он.
 - Да, господин, - чуть не закричала от радости рабыня.
     Тщательно вылизав затычку, она просунула её в трусики и медленно ввела в норку, с трепетом ощущая, как мягкий пластик заполняет её всю. Подтянув трусики, девушка погладила образовавшийся бугорок. От легкого прикосновения затычка немного надавила на стенки лона, и по телу побежали волны, заставившие девушку покачнуться и замереть, чтобы не свалиться на пол.  
     Господин подал ей платье, почти такое же, какое Алиса нашла в гардеробе родителей. Разница состояла в том, что рукава этого наряда были длиннее положенного и наглухо зашиты. Причем, на концах резина была намного грубее и очень узкая, и девушке пришлось сжать пальцы в кулачки.
     Не имея возможности самой поправить подол, она умоляюще взглянула на Вадика. Тот, всё поняв, одернул платье и застегнул молнию на спине. Латекс «прилип» к телу, сразу же выделив округлости грудей, и обозначил вставшие торчком соски, которые очень скоро затвердели и начали приятно зудеть. Дала себя знать и промежность, отозвавшись обильными выделениями смазки.
     Господин тем временем продолжал готовить рабыню ко сну. Усадив девушку на кушетку, он надел ей на ноги высокие сапоги из мягкой и тонкой кожи. По заднему шву была расположена шнуровка, которую Вадик ловко затянул. Приказав встать, он завел руки Алисы за спину в положение «ладонь к локтю» и надел на них плотный кожаный рукав, который туго зашнуровал. Теперь невольница не могла пошевелить руками, а грудь выдалась вперед, еще больше обозначив свои великолепные формы.  
     Внезапно Алису охватил ужас. Когда сама себя связывала, она не испытывала страха, быть может, от того, что в глубинах своего подсознания понимала, что может сама освободиться, когда пожелает. Сейчас же девушка полностью зависела от воли своего господина. Рабыня задергала руками, будто хотела вырваться, но кожаный рукав держал её крепко, и девушка сникла, понурив голову.
     Вадик, делая вид, что проверяет крепость ручной стяжки, как бы случайно погладил Алису по груди. Рабыня вздрогнула и посмотрела на своего хозяина, широко раскрыв глаза. Она хотела что-то сказать, но парень приложил к её губам ладонь и покачал головой. Вадик достал из кармана широкий кожаный ошейник и надел на девушку, осторожно затянув пряжку. Потом развернул его кольцом назад.
     Алиса сразу поняла, зачем господин это делает, и даже натянуто улыбнулась. Но хозяин даже бровью не повел. Из другого ящика он вытащил связку тонких ремешков, к которым была прицеплена блестящая кожаная пластина с вделанным в неё красным шаром. Он повертел это замысловатое сооружение в руках, но надевать не стал. Вместо этого Вадик достал из того же ящика черный блестящий мешок, который оказался невольничьим шлемом. Девушка не раз видела такие на снимках в интернете и нисколько не удивилась.
     Собрав на затылке рабыни её волосы, он легко натянул шлем ей на голову и медленно застегнул молнию. Теперь Алиса могла смотреть на мир через узкие прорези глазниц. Шлем сжал её щеки и скулы, и девушка едва могла приоткрыть рот. Вадик, чертыхнувшись, снял ошейник и заправил края шлема за ворот платья, и лишь после этого снова водрузил ошейник на место. 
 - Открой рот, - приказал он.
 - Не надо, - простонала девушка, - Я не буду кричать.
 - Делай, что приказываю! – прикрикнул на рабыню господин, наградив её лёгким подзатыльником.
 - Я не могу разжать зубы, - пропищала девушка,  - Шлем слишком тугой.
     Вадик ухватил пальцами подбородок и оттянул вниз. Алиса послушно открыла рот. Шар проскользнул за зубы и угнездился во рту, а кожаная накладка плотно прижалась к губам. Рабыня попыталась пошевелить языком, но с удивлением, быстро сменившимся страхом, поняла, что не может этого сделать, тем более, вытолкнуть затычку изо рта.
     Господин расправил ремни и начал их затягивать на голове и затылке, лишая рабыню последней надежды. Девушка уже не могла сопротивляться, а только мотала головой и тихо мычала. Но вот последняя застежка была затянута, и рот невольницы оказался плотно и надежно запечатан, от чего на глаза навернулись слезы, и Алиса еле слышно заскулила.
 - Ну-ну, - Вадик обнял её и погладил по голове, затянутой в тугой резиновый шлем.
     И тут Алиса вдруг разрыдалась в голос, забилась в его объятиях, но не вырывалась, а наоборот, прижалась головой к плечу. Потом медленно сползла на колени и, склонив голову к ногам господина, прикоснулась накладкой к его потрепанным кроссовкам, словно целовала ноги своего хозяина.
     Такого поворота событий Вадик никак не ожидал. Он даже оторопел, не зная, что ему делать дальше. Глядя сверху на коленопреклоненную связанную рабыню, он вдруг почувствовал жалость к этой девушке и даже немного испугался своего чувства. Такого с ним никогда не было.
     Но, придя в себя, парень решительно и мягко поднял Алису с пола и поставил перед собой. Заглянув ей в глаза, он увидел её слезы, но волнение уже прошло, и господин продолжил своё действо, которое доставляло ему удовольствие.
     Широким и длинным ремнем он стянул руки невольницы, привязав их к телу. Затягивая пряжку под грудью девушки, он не удержался и еще раз погладил аппетитные полушария грудей, на несколько мгновений задержав свои ладони на плотных бугорках возбужденных сосков. От этих прикосновений его плоть восстала, и Алиса увидела, как топорщатся штаны в области паха.
     Вадик поспешно отстранился от рабыни и, запустив руку в очередной ящик, выудил оттуда белый передник, так же сделанный из латекса. Пока он расправлял его и повязывал на талию Алисе, девушка слышала, как хрустит податливая резина. От этих звуков и новых ощущений между ногами уже бушевал настоящий пожар, а её закупоренная щелка извергалась новыми порциями соков, готовых прорвать преграду и излиться на пол.
 - Ложись на топчан, - приказал господин, - И повернись на живот.
     Алиса выполнила приказ и замерла. Она не могла видеть, что делает с ней хозяин, но чувствовала, как лодыжки туго стянул ремень. Второй связал её колени. По хрусту девушка догадалась, что на ноги ей надевают резиновый мешок. Потом зазвенела цепь, и карабин защелкнулся на кольце ошейника.
 - Можешь лечь на бок, - разрешил Вадик, - Спи. Завтра утром я тебя разбужу и освобожу.
     Щелкнул выключатель, погас свет. В коморке наступила непроглядная темень. Рабыня слышала, как удаляются шаги её господина. Устроившись удобнее, девушка немного подергалась, будто проверяя крепость пут, и, убедившись, что не сможет освободиться, закрыла глаза. Настала пора новых сновидений.

     Грязный сарай с гнилыми досками и дырявой крышей совсем не спасал от холодного ветра и дождя. Земляной пол совсем раскис, и невольницам приходилось сидеть в жидкой грязи, тесно прижавшись друг к дружке, чтобы хоть как-то согреться. Стражники, стоявшие у дверей, кутались в промокшие насквозь плащи, но бдительности не теряли. Их грубые окрики и щелканье тяжелых бичей слышались всю ночь, но измученные долгой дорогой, голодом и побоями рабыни крепко спали.  
 - Эй, - вдруг раздался шепот.
     Девушка с кожей, как жженый сахар, осторожно тронула за плечо соседку, спавшую, прислонившись к стене. Та открыла глаза и уставилась на негритянку.
 - Я тебя знаю, - прошептала рабыня, - Тебя продал толстый господин.
 - Ну и что? – девушка уже хотела отвернуться.
 - Тебя зовут Алисой, - наседала чернокожая невольница.
 - Звали, - поправила её девушка.
 - А я – Тина, - негритянка поддела пальцем свой ошейник и показала надпись.
 - Я спать хочу, - Алиса повернулась на другой бок.
 - Завтра меня отправят на поля или прикуют к воротам, - грустно сказала негритянка.
 - Что тебе от меня нужно, - девушка мотнула головой и зло посмотрела на темнокожую невольницу.
 - Хочешь, я тебя поласкаю? - вдруг предложила Тина, - А потом ты меня.      
     Алиса удивленно взглянула на неё, стараясь рассмотреть надоедливую рабыню. Перед ней сидела на корточках, широко разведя в стороны острые коленки, худощавая девушка. Её курчавые волосы образовывали на голове пышную шапку, похожую на шар. На слегка вытянутом лице хорошо были заметны пухлые немного вывернутые губки и огромные черные глаза. Длинная шея и узкие плечи свидетельствовали о том, что девушка еще очень молода и не отличается здоровьем. Тонкие руки её пребывали в постоянном движении, от чего тяжелые цепи на запястьях глухо позвякивали. Видимо, негритянка сильно нервничала.
     Небольшие грудки с шоколадными сосками были усеяны рубцами от плети. Скорее всего, её прежний хозяин часто наказывал рабыню хлыстом. Алиса заметила что-то блестящее в промежности и, приглядевшись, разглядела толстое кольцо, продетое в клитор и оттягивавшее его, как гиря. Половые губки негритянки были сильно  вывернуты и открывали красную пещерку.
     Тина поймала взгляд девушки и, опустив руку, качнула кольцо.
 - Это мой прежний хозяин сделал, - улыбнувшись, сказала она, - Он пристегивал к нему цепочку и выводил меня на прогулку. Если я отставала или убегала вперед, он дергал за него, и я сразу же вставала на место.
 - Но тебе же было очень больно, - возмутилась Алиса.
 - Ну и что? – пожала плечами негритянка, - Зато все смеялись, когда я визжала. Господин хотел еще вставить кольца в соски, но не успел.
 - Это как? – не поняла девушка.
 - А так! Пришли солдаты и сказали, что всё имущество забирают за долги. И меня тоже забрали. А вечером меня изнасиловали и избили, а потом продали в этот караван. Хочешь потрогать кольцо?
 - У меня руки грязные, - попыталась отговориться Алиса.
     Негритянка взяла её руку и приложила к своим губам. Потом она стала медленно обсасывать каждый палец и вылизывать ладонь. Девушка почувствовала её горячее дыхание, и желание в её теле начало нарастать. Глаза загорелись, а дыхание стало частым и шумным.
     Тина отпустила её руку и оперлась об пол локтями, выставив вперед свою промежность. Цепь, сковывавшая её руки, натянулась и врезалась в живот. Алиса осторожно тронула кольцо. Клитор негритянки натянулся и заметно увеличился, став похожим на маленький мужской член. Пальцы девушки сами потянулись к этому отростку и легли на его головку, обтянутую гладкой упругой кожей.
     Негритянка засопела и подалась вперед всем телом, прижавшись уже влажной промежностью к ладони. Её бедра задвигались, и истекающая соками норка прижалась к ладони Алисы. Девушка согнула палец и погрузила его в огнедышащее лоно партнерши, заставив её издать протяжный хрипловатый стон.
     Тина распалялась всё сильнее и уже не могла себя сдерживать. Резко подавшись вперед всем телом, она насадилась на руку, вогнав в себя ладонь любовницы почти до запястья. Ловко и умело подмахивая низом живота, она начала вращать промежностью, то выпуская руку, то снова «глотая» её своей щелкой.
     Рука Алисы уже полностью утопала в промежности, и только большой палец еще был не при деле. Немного подогнув, она протолкнула его в маленькую дырочку анального отверстия негритянки, заставив её тихо вскрикнуть. Тина закатила глаза и ускорила темп «скачки», сжимая ягодицы.
     Наконец, захрипев, она шумно выдохнула и сразу же обмякла всем телом, упав на земляной пол. Алиса еле успела вытащить руку, всю испачканную мутноватыми выделениями. В нос проник легкий мускусный запах с солоноватым оттенком. Девушка не заметила, как Тина на четвереньках подползла к ней и устроилась на плече, тихо мурлыча, как маленький котенок. 
     Немного подремав, негритянка протянула свою руку к груди Алисы и начала поглаживать упругое полушарие своими тонкими пальчиками, всё больше приближаясь к соску. Алиса хотела отстраниться, но вдруг с ужасом заметила, что её руки скованы за спиной, и она совершенно беспомощна.
 - Что ты со мной..? - хотела сказать она.
     Но чернокожая рабыня приникла к её рту своими пухлыми влажными губами. Её язычок, как упрямый таран, проник в рот и начал там вращаться, как сумасшедший. А рука уже теребила сосок, то сжимая его, то дергая. От этих ласк и поцелуев у Алисы закружилась голова. Она не заметила, как оказалась лежащей на полу. Её ноги были широко раздвинуты в стороны, а лоно истекало соками, которые образовали небольшую лужицу.
     Тина, как дикая кошка, запрыгнула на девушку и устроилась между её ног, умудрившись не прекращать поцелуев. Теперь и вторая грудь оказалась под властью смуглых рук, а к лону прижалось что-то плотное и теплое.
 - Что ты делаешь? – еле выдохнула Алиса, когда Тина, наконец, оторвалась от её губ.
 - Тсс, - негритянка пошарила рукой и внезапно втолкнула в рот девушки кусок грубой тряпки, взявшейся невесть откуда.
     Алиса забилась и замотала головой, но Тина схватила её поперек живота и сжала с такой силой, что у девушки перехватило дыхание, и она затихла, дрожа от страха всем телом. Негритянка приподнялась над ней и прижалась своей промежностью к раскрытой пещерке. Губы рабыни приоткрылись, обнажив огромные, острые зубы. Глаза округлились, и в них появился звериный кровавый свет, который пронизал девушку насквозь.
     Приподняв голову, Алиса вдруг увидела, что кольцо исчезло, а вместо клитора прямо на глазах увеличивается в размерах алый член, уже готовый вонзиться в её плоть. Девушка сделала последнее усилие и попыталась сбросить с себя негритянку, но та метнулась к груди и схватила зубами сосок, словно хотела его откусить.
     Забыв обо всём, Алиса завизжала и…

 - Ты чего? – кто-то тряс Алису за плечо.
     Она открыла глаза и увидела над собой испуганное бледное лицо Вадика. Он стоял рядом с кушеткой и бестолково моргал глазами.
 - М-м, - только и смогла произнести девушка.
     Парень расстегнул пару пряжек и осторожно вынул изо рта затычку.
 - Приснилось что-то страшное? – озабоченно спросил он, присаживаясь на край лежанки.
 - Да, господин, - глотая слезы, прошептала Алиса.
 - Хочешь, я развяжу тебя, - Вадик потянулся к ремням.
 - Не-ет, - простонала девушка.
 - Ладно.
     Не спрашивая больше ни о чем, он поднял Алису на руки и понес в свою комнату на второй этаж. Там, уложив рабыню в постель, Вадик устроился рядом, опершись на локоть, и несколько минут смотрел на девушку.
 - Я громко кричала? – не выдержав паузы, спросила она.
 - Громко, - согласился хозяин, - А теперь спи.
 - А рот? – Алиса взглянула на своего господина через плечо.
     Вадик снова вставил в рот шаровидный кляп и туго затянул ремни. Алиса улеглась головой на подушку, но сон к ней не шел. Она слышала, что и господин не спит. Он ворочался, тихо вздыхал, пару раз вставал, чтобы попить воды. Девушка видела, как топорщились у него трусы, но её хозяин был верен своему слову и ни разу не дал волю чувствам.
     Её и саму начинало терзать желание, но рабыня не подавала вида, хотя, держалась из последних сил. Но любому терпению приходит конец, и Алиса, перевернувшись лицом к парню, тихонько замычала. Вадик бросил на девушку немного удивленный взгляд. Тогда она прижалась к его руке грудью и немного потерлась об неё.
     Тонкий латекс почти не создавал преграды. Вадик медленно повернул рабыню к себе спиной и обнял её, положив ладонь на уплотнившуюся грудь. Осторожно поглаживая её, он кончиками пальцев начал теребить сосок. Алиса  притихла, но потом начала жалобно постанывать, при этом двигаясь всем телом, помогая господину.
     Его руки были нежны и ласковы, движения мягки и осторожны. Девушка вскоре начала подрагивать и громче стонать, перестав сдерживаться. Рука Вадика скользнула к подолу и легла на треугольник трусиков, накрыв бугорок от выпиравшей из лона затычки. Еле заметно шевеля пальцами, он стал несильно надавливать на неё. Пещерка заныла, охваченная желанием, и Алиса  всем телом подалась навстречу этим ласкам. Глаза наполнились слезами, дыхание участилось, и она быстро достигла пика наслаждения.
     Дрожа и вздыхая, рабыня повернулась на другой бок и прижалась всем телом к мускулистой груди господина. Он обнял её и начал целовать кожаную накладку, прижатую к губам, лоб и щеки, затянутые в гладкую резину шлема. Его неутомимые руки гладили ягодицы, пальцы пробегали по тонкой перемычке трусиков, прикрывавшей анальное отверстие, немного надавливая на него, но не проникали внутрь.
     Своим животом она почувствовала, как напряжен его член, и что еще мгновение, и он разорвет материю плавок и вырвется на свободу. Алиса замычала и замотала головой. Хозяин понял её и освободил от кляпа рот. Девушка вцепилась зубами в широкую резинку плавок и попыталась стащить их.
 - Тише, рабыня, - прошептал Вадик.
     Уже через секунду он лежал на спине совершенно голый, а она, его невольница, устроившись на животе, целовала восставшую плоть, наслаждаясь её запахом и крепостью. Сообразив, что член уже достаточно возбужден, Алиса приподняла голову и, обхватив его губами, втянула в себя, помогая языком.
     Запах лаванды и чуть солоноватый вкус мужского семени заставил девушку ускорить движения. Она начала быстро и азартно сосать этот упругий и вместе с тем нежный стержень, втягивая его себе в рот почти до основания и медленно выпускать на волю.
     Сильная струя ударила в небо, будто прорвалась труба. Вадик громко застонал и даже выгнулся, приподняв живот. Алиса, сглотнув сперму, показавшуюся ей лучшим деликатесом, тщательно вылизывала опадающий член, щурясь от наслаждения и радуясь тому, что сумела доставить радость своему господину. А её щелка призывно хлюпала от изливавшейся влаги, распространяя приятную теплоту по всему телу.
     Вадик протянул руку и обтер лицо рабыни влажной салфеткой, которую достал из прикроватной тумбочки. Алиса облизала губы и раскрыла рот. Хозяин тут же вставил в него кляп и затянул ремни. Потом они долго лежали, обнявшись, и смотрели друг на друга, пока сон не завладел ими.

     Прошла неделя. Теперь Алиса спала не в коморке под лестницей, а в постели своего господина. Каждое утро Вадик, проснувшись, освобождал рабыню от пут. Пока он делал гимнастику, бегал во дворе, крутился на турнике, девушка залезала под душ и тщательно мылась, наслаждаясь приятным запахом мыла и прохладной струей чистой воды. Насухо обтерев своё отдохнувшее за ночь тело, она надевала короткое платье и белый фартук, сама заковывалась в цепи и ошейник и спешила на кухню готовить завтрак своему повелителю.
     Они сидели за столом друг против друга, потягивая ароматный кофе, который она варила, заедая его вкусными бутербродиками. Потом наступала пора уборки, и Алиса безропотно бралась за веник или половую тряпку. Вадик уходил в гараж, где возился со своим мотоциклом.
     Иногда он уезжал в  поселок за продуктами и привозил целую корзину фруктов и разных вкусных вещей. Алиса, наведя чистоту во всем доме, усаживалась у окна и, как верная и преданная рабыня, терпеливо ждала своего хозяина.
     Накормив его обедом, девушка сама отправлялась в спальню, куда вскоре приходил господин. Улегшись в постель, они обнимали друг друга и долго целовались, постепенно переходя к более изысканным ласкам.

     Погода в этот день совсем испортилась. Дождь, зарядивший с утра, не утихал ни на мгновение. Вадик затопил камин и уселся ближе к огню. Он неторопливо листал книгу, искоса поглядывая на девушку, вытиравшую пыль в столовой.
     Её вид сводил парня с ума. Стройное тело в узком коротком платье, подчеркивавшем великолепные формы, белый фартук, высокая полная грудь, обозначенная плотно прилегавшим нагрудником, крепкие бедра, изящные плечи и удивительно грациозные движения рабыни дразнили его воображение.
 - Ты не устала, рабыня? – Вадик отложил книгу в сторону.
 - О, нет, господин, - девушка улыбнулась и откинула со лба прядь волос.
 - Подойди ко мне, - парень поманил Алису рукой.
 - Да, господин, - рабыня отложила в сторону тряпку и подошла к креслу.
     Она послушно опустилась на пол и села на пятки, сложив руки перед собой. Если господин желает говорить с невольницей, ему нельзя отказывать. А работа может пождать. Девушка подняла глаза и посмотрела на хозяина. Вадик сидел, выпрямившись, и смотрел на огонь, пылавший в камине.
 - Люблю смотреть, как горят дрова, - тихо сказал он и после короткой паузы добавил, - С детства. А ты, рабыня?
 - У нас никогда не было камина, – Алиса виновато улыбнулась.
     Они снова замолчали. Господин прикрыл глаза и о чем-то задумался. Рабыня не хотела ему мешать. Она тоже смотрела на яркие языки пламени, плясавшие перед ней, заставляя потрескивать сухие поленья. Ей показалось, что это зрелище действует на неё умиротворяющее, успокаивает, навевает приятные светлые мысли, отгоняя прочь всю черноту, которая пытается угнездиться в её душе.
 - Тебе нравится быть рабыней? – неожиданно спросил Вадик.
     Алиса вздрогнула и посмотрела на господина. Он сидел всё так же, с прикрытыми глазами. Его рука скользнула вниз и легла на голову девушки. Его сильные пальцы удивительно нежно погрузились в волосы невольницы и начали осторожно поглаживать их.
 - Почему ты молчишь? – хозяин медленно повернул голову и посмотрел на девушку.
 - Простите, господин, - Алиса сглотнула комок, появившийся в горле, - Я… Я не знаю… Не знаю, что сказать, господин.
 - Нравится, - Вадик мягко улыбнулся, - Я это вижу.
 - Да, господин, - девушка смущенно опустила голову.
 - И давно? – парень мягко взял рабыню за подбородок и поднял голову так, чтобы видеть её глаза.
     Алиса облизнула вдруг пересохшие губы. Слезы сами собой застлали её большие карие глаза. Собравшись с духом, она рассказала Вадику, как сама себя связывала, как затыкала себе рот и сажала себя на цепь. Рассказала девушка и о том, что ей снилось, и как она однажды перепугалась и билась в панике, не в состоянии избавиться от пут.
 - И тогда, в первую ночь тебе тоже что-то снилось? – хозяин внимательно посмотрел на рабыню.
 - Да, господин, - почти шепотом ответила девушка, - И я  очень благодарна, что Вы отнесли меня в свою постель. Я вдруг почувствовала, что рядом с Вами мне очень спокойно.
 - Понятно, - господин опят о чем-то задумался.
 - Вы считаете, что у меня не всё в порядке с головой? – насторожилась Алиса.
 - Нет, что ты! – Вадик достал из пачки сигарету и закурил, - У тебя всё в полном порядке. Просто есть такие люди, которые мечтают кому-то подчиняться. Я читал об этом в каком-то журнале. Сначала сам не поверил. А потом пошел к одному врачу-психиатру, и он мне всё растолковал. Правда, он подумал, что я из тех, ну, которые подчиняются. Но потом он всё понял.
 - А зачем Вы к нему ходили? – девушка настороженно посмотрела на Вадика.
 - Нужно было, - сухо ответил парень, - Пойдем спать, рабыня.

     Буря за окном разыгралась нешуточная. Сильный ветер рвал в клочья верхушки деревьев, и они жалобно скрипели, раскачиваясь из стороны в сторону. Частые вспышки молний  прорезали свинцовое небо, а глухие раскаты грома нещадно сотрясали землю. Крупные капли дождя ожесточенно барабанили по жестяному козырьку над окном, словно хотели его сбить.
     Алиса лежала на боку, уткнувшись носиком в подушку. Всякий раз она вздрагивала всем телом, когда гремел гром, и Вадик крепче прижимал её к себе, шепча на ухо ласковые слова. Сегодня он не стал связывать рабыню, и девушка не возражала. Одетая в тонкое трико, накрытая одеялом, она чувствовала приятную удовлетворенность.  Господин был рядом с ней. Она чувствовала его теплое дыхание,  слышала, как он успокаивает её. Она была под защитой его сильных и ласковых рук.
 - Ты не спишь? – спросил Вадик.
 - Нет, господин, - Алиса повернулась на другой бок и уткнулась в его плечо, обхватив хозяина рукой поперек туловища.
 - О чем ты думаешь, Алиса? – парень впервые назвал её по имени.
 - О том, что ты мне сегодня сказал, - Девушка приподняла голову и взглянула ему в глаза.
 - Понимаешь, - Вадик лег на спину и подложил руку себе под голову, - Человек – существо странное. И вся беда от того, что он имеет способность более или менее рационально мыслить. У животных, даже самых развитых, всё гораздо проще – ими управляют инстинкты.
 - Просто они ближе к природе, - неуверенно вставила Алиса.
 - Умница, - парень поцеловал девушку в лоб, - А люди, по-моему, возомнили, что могут прожить и без природы. Своим умом. Вот у них и начинаются выкрутасы с психикой. Кому-то приходит в голову, что он – центр Вселенной, кому-то – наоборот. А кто-то сам не знает, кто он такой. До поры, до времени.
 - Это как? – девушка приподнялась и улеглась головой на грудь Вадику.
 - Ну, к примеру, ты же не сразу поняла, что имеешь потребность кому-то подчиняться. Хотя, может быть, и раньше замечала за собой нечто похожее. Скорее всего, ты получила импульс, и после этого окончательно поняла про себя всё, что нужно.
 - И этим импульсом было то, что произошло в подвале замка? – улыбнулась Алиса.
 - Думаю, ты права, - как-то грустно ответил парень, - Но, мне кажется, ты и раньше уже имела склонность к таким вещам.
 - Ты думаешь? – испугалась девушка.
 - Помнишь, в прошлом году нас водили в кино. Мы смотрели про Древний Рим. Там несколько сцен было с рабами. Когда колонну вели куда-то. Все закованные, измученные. Я видел, как ты смотрела на экран, затаив дыхание. А потом рабыню наказывали. Её к столбу привязали и хлестали плетью.
 - Д-да, помню, - задыхаясь от волнения, произнесла Алиса, - Я потом долго заснуть не могла. Всё мерещилось, что это меня к столбу привязали и еще рот заткнули.
 - А помнишь, как кто-то из пацанов рассказывал, как он с дружками какую-то девчонку в нашем школьном подвале связал?
 - Помню, - прошептала девушка сдавленным голосом.
 - Все ржали, а ты чуть в обморок не рухнула. Я видел.
 - Я представила эту девочку в подвале на полу, связанную, с заткнутым ртом, а рядом с ней этого парня. Я даже видела, как она бьётся и мычит, а он смеётся.
 - Вот и я про то же, - выдохнул Вадик, - Ты млеешь от кляпа и веревок, от любой детали, которая указывает на беспрекословное подчинение. Думаешь, я просто так надеваю на тебя фартук или передник? Это – символ подчинения. Я уже не говорю о цепях и ошейнике. Но главное не в этом. Это – всего лишь атрибуты того, что творится в твоём сознании.
 - Да, господин, - Алиса вдруг слезла с кровати и встала на колени, опустив голову и заложив руки за спину, - Я – рабыня. Я готова подчиняться. Властвуй надо мной.
 - Пол холодный. Простудишься, - Вадик постарался перевести разговор в шутку.
 - Рабыня не может находиться в постели господина, - твердым голосом сказала девушка.
 - Я приказываю тебе, - парень пошел на хитрость, - Рабыня, залезай в постель и согрей своего господина.
 - Да, господин, - Алиса мигом заскочила под одеяло и обняла Вадика не только руками, но и ногами.
     Её губы быстро нашли его рот, и через секунду их тела слились в одно целое. Её мягкий влажный язычок легко проник в приоткрытый рот господина и начал вертеться там, то ускоряясь, то замедляя движения. Его губы сомкнулись, обхватив пухленькие губки партнерши, и медленно втянули их.
     Сквозь тонкое трико девушка ощутила, как бешено забилось его сердце. Холмы грудей прижались к торсу партнера, и Алиса, мерно поводя плечами, стала тереться об него, всё больше возбуждаясь. Соски уплотнились, и теплая приятная волна прокатилась по её телу. Девушка еще больше выгнулась и прижалась к парню, обвив его крепкую шею руками.
 - Мой господин, - прошептала она, покрывая поцелуями его лицо, - Я – самая счастливая рабыня. Я – вся в твоей власти.
     Вадик потянул край майки и осторожно снял её с девушки. Алиса, давно ждавшая этого, подставила свою прекрасную грудь ближе к его губам. Обняв девушку за плечи, парень осторожно обхватил сосок губами и начал медленно ласкать языком, наслаждаясь его упругостью и податливостью. Одной рукой он придерживал партнершу за плечо, а другая скользнула вниз и проникла к ягодицам.
 - О, мой господин, - простонала девушка, - Твои ласки сводят меня с ума. Не останавливайся, молю тебя.
     Остатки трико слетели в один миг, открыв взору юноши прекрасное гибкое тело любовницы, извивавшееся в его объятиях. Уложив девушку на спину, он накрыл её своим телом и начал целовать её лицо, шею, плечи. Его пальцы погрузились в густую копну каштановых волос, ощутив их мягкость.  Он с наслаждением вдыхал их аромат, любовался их блеском.
 - Возьми меня, мой повелитель, - умоляюще прошептала Алиса.
 - Нет, рабыня, - Вадик прикрыл пальцами её трепещущие губы, - Я не могу этого сделать.
 - Почему? – простонала девушка.
 - Я дал тебе слово, - твердо ответил парень, - И не стану его нарушать.
 - Я освобождаю тебя от данного обещания, - рабыня обхватила его за шею и приникла губами к плечу, - Чего ты боишься?
 - Я ничего не боюсь, - спокойно ответил Вадик.
 - Тогда что же? – настаивала Алиса.
 - Просто.., - молодой человек замялся, собираясь с духом, - Просто я…
 - Что? – в голосе девушки проскользнули тревожные нотки.
 - Я понял, - растягивая слова, произнес юноша, - Что люблю тебя и не хочу причинить тебе вреда.
 - Ты признаешься мне в любви? – глаза Алисы засияли.
 - Да, милая, - парень нежно поцеловал девушку в щеку, - Я люблю тебя.
 - И поэтому ты устроил всё так, чтобы я к тебе приехала? – девушка ловко вывернулась из его объятий и выскочила из постели, - Отдай мою одежду.
 - Возьми, - Вадик протянул ей трико, - Только объясни, чем я тебя обидел.
 - Ты всегда думал только о себе, - Алиса натянула майку, - Ты – эгоист. Ты говоришь о любви, но на самом деле просто хочешь власти надо мной. Ты знаешь, почему я приехала, и пользуешься этим.
 - Послушай меня, Алиса, - парень выпрыгнул из кровати так стремительно, что девушка испугалась и отскочила в сторону, запутавшись в штанах, - Я обманул тебя. Я давно стер этот чертов ролик. Есть только одна копия, которую я тогда отдал тебе.
 - Я могу тебе верить? – девушка, наконец, справилась с одеждой.
 - Я тебя не обманываю, - Вадик сделал шаг к ней, но Алиса отстранилась, - Если бы захотел, то давно уже овладел тобой. Возможностей у меня было предостаточно. Ты же была связанна и не смогла бы мне помешать. И кричать не могла. Но я этого не делал, хотя, очень хотел.
 - Почему? – девушка немного растерялась.
 - Я уже говорил тебе, - юноша сел в кресло и закурил, - Я привык держать слово. И… Я люблю тебя.
     Наступила мучительная пауза. Алиса понимала, что Вадик говорит правду. Но принять её девушка еще не была готова. Ведь для неё он до сих пор оставался хулиганом, хоть и был ласков и нежен с ней. Мысли вихрем  крутились в её голове, и Алиса не могла придти хоть к какому-то вразумительному решению.
 - Если хочешь, можешь утром уехать, - тихо сказал Вадик, - Я удерживать тебя не буду. И даю тебе слово, что никто не узнает о том, что произошло здесь. А теперь ложись спать. Я пойду в другую комнату.
     Парень быстро встал и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Алиса еще долго ворочалась в постели, чудом сохранившей тепло их тел. Зарывшись с головой под одеяло, она всё так же вздрагивала при каждом раскате грома, но некому было её успокоить.
     Уткнувшись лицом в подушку и обхватив голову руками, девушка беззвучно заплакала, ругая себя за собственную глупость. Ведь она сама повела себя, как самая настоящая эгоистка. Она пресмыкалась перед ним, хотя, сама от этого получала удовольствие. Но она видела, как Вадик смотрит на неё, и понимала, что этот крепкий красивый парень никогда не причинит ей боли, не только физической, но и душевной. Незаметно для себя Алиса заснула.

     Утром гроза стихла, дождь прекратился, ветер утих. Из-за обрывков серых облаков выглянуло солнце. Алиса открыла глаза. Она лежала одна на широкой кровати. Стул, где еще вечером висела одежда Вадика, был пуст. Она не слышала, как он забрал её, и от этого ей стало грустно.
 - Что я наделала! - горько подумала девушка, - Какая же я идиотка!
     Выскочив из-под одеяла, она быстро умылась и пошла одеваться. Найдя в шкафу платье, она натянула его прямо на голое тело. Потом повязала фартук и обулась. Достав из ящика комода ошейник и цепи, Алиса надела их и, расчесав волосы, отправилась на кухню.
     В доме было тихо. Выглянув в окно, девушка не увидела мотоцикла, обычно стоявшего под навесом. Видимо, Вадик уехал в поселок за продуктами. Сварив кофе и поджарив хлеб, рабыня уселась на табурет и стала ждать своего господина. Но прошел час, за ним второй, а хозяин так и не появлялся. Алиса начала беспокоиться. Не случилось ли чего?!
     Она вглядывалась в дымку, силясь рассмотреть знакомый силуэт, напрягала слух, но шума мотора не было слышно, и никто не появлялся. Алиса вдруг поняла, что не сможет так просто бросить юношу, когда срок её заключения окончится. Она с содроганием поняла, что тоже полюбила своего господина, что готова выполнить любой его каприз, подчиниться любому приказу.
     Лишь вечером во дворе раздался рокот мотора. Весь перепачканный грязью, в дом вошел Вадик, держа в руках две бутылки водки. Алиса опустилась на колени и сложила руки под грудью. Молодой человек, словно не замечая её, прошел на кухню.
 - Почему ты еще здесь? – недовольным голосом спросил он.
 - Я ждала Вас, господин, - девушка готова была разрыдаться.
 - Зачем? – Вадик стащил с головы шлем и опустился на стул, - Я тебя отпустил. Можешь ехать домой. И перестань называть меня господином. Я в эти игры больше не играю.
 - Прости меня! - Алиса уже не могла сдержать рыданий, - Я обвинила тебя в эгоизме, а на самом деле я вела себя, как настоящая эгоистка! Если хочешь, накажи меня! Но не прогоняй! Умоляю тебя, господин!
     Рабыня упала на пол и, обхватив ноги юноши, горько заплакала. Вадик сидел с каменным лицом, но и он долго не смог выносить эту пытку. Комок подступил к горлу, слезы начали душить его. Парень схватил девушку за плечи и подтянул к себе.
 - Встань, моя рабыня, - сдавленным от волнения голосом проговорил он, усаживая Алису к себе на колени, - Я не сержусь на тебя и наказывать не буду. Уж кто заслуживает наказания, так это я. Но ты преподала мне отличный урок.
     Он вытер девушке слезы и снял наручники. Её руки обрели свободу, и Алиса тут же обвила ими шею хозяина. Её губы потянулись к его губам. Их поцелуй был долгим и страстным. Их языки переплелись, будто стремились слиться воедино. Его руки ласкали её волосы, она осторожно гладила кончиками пальцев его небритые щеки. Они снова были вместе.
 - Ты что-нибудь ела? – спросил Вадик, когда они смогли оторваться друг от друга.
 - Я тебя ждала, господин, - смущенно ответила Алиса.
 - Давай что-нибудь приготовим и поедим, - предложил парень.
 - Только без неё, - девушка кивнула на водку.
 - Согласен, - молодой человек убрал бутылки в шкаф.
     Алиса с нескрываемым интересом наблюдала, как Вадик ловко расправляется с овощами, мелко кроша их в салатницу. А когда он уложил на раскаленную сковородку два отбитых куска мяса, девушка не удержалась от вопроса:
 - Где ты этому научился? У тебя ловко получается.
 - Мужчина должен уметь делать всё, - с улыбкой ответил парень, - И готовить в том числе. Правда, кое-кто из моих друзей в этом сильно сомневается. Они считают, что кухня – удел женщины. Могу себе представить, что у них дома творится.

     Ночь была тихой. Солнечный день подсушил лужи и прогрел воздух, и сейчас в комнате было не холодно. Алиса надела длинную рубашку из тонкого прозрачного шелка, подарок матери, расчесала волосы и легла в постель, до пояса накрывшись невесомым пуховым одеялом. Она приготовилась ждать господина.
     Вадик уже давно с нетерпеньем ожидал минуты, когда он войдет в спальню, но по обоюдной договоренности это должно было случиться ровно в полночь. Как боевой конь, он метался перед дверью, и когда часы в холле на первом этаже пробили двенадцать раз, распахнул дверь и стремительной походкой ринулся к кровати.
     И замер. На белоснежных подушках с разметавшимися во все стороны волосами, с искусно подведенными глазами лежала красавица, о которой он даже не мог мечтать. Плотные груди правильной формы, мерно вздымаясь при каждом вздохе,  натягивали тонкую материю сорочки и  дразнили его темными изюминками сосков. Из-под длинных пушистых ресниц на него смотрели прекраснейшие карие глаза. Мягкие влажные губы были слегка приоткрыты и обнажали ровный ряд жемчужных зубок. Тонкие изящные руки манили к себе, обещая изысканные ласки.
 - Даже не хочется нарушать такую красоту, - произнес Вадик, подходя к постели, - Как ты прекрасна, моя рабыня!
 - Всё для тебя, мой господин, - мягко улыбаясь, ответила девушка, протянув к нему руки.
     Юноша присел на край кровати. Его широкая ладонь коснулась бархатистой кожи на щеке девушки. Парень ощутил её мягкость и тепло. Он провел кончиками пальцев по подбородку, спустился к ямочке на тонкой шее, потрогал тонкую бретельку на плече.
 - Поцелуй меня, - прошептала Алиса, взглянув в его ясные голубые глаза.
     Вадик склонился над ней и осторожно прикоснулся к нежным губам девушки. Она обвила его шею руками и мягко притянула к себе. Парень ощутил приятное тепло её тела, упругость грудей и легкий трепет, охвативший девушку. Взяв её голову в свои ладони, он осторожно приподнял её и приник губами к её рту. Девушка откликнулась назад, приоткрыв рот, и его язык беспрепятственно проник внутрь, завладел её горячим язычком и сплелся с ним.
     Алиса почувствовала, что возбуждается, и это её очень обрадовало. Низ живота охватил жар, лоно намокло и призывно заныло. Девушка выгнулась навстречу его телу и прижалась грудями, ставшими чувствительными к прикосновениям. Тонкий шелк её рубашки прилип к разгоряченной коже. Она потянула рукав халата, и он послушно сполз с его тела, оголив крепкие плечи и гладкую грудь.
     Вадик не торопился. Сбросив на пол халат, он медленно откинул в сторону одеяло и на несколько мгновений задержался взглядом на стройном теле любовницы, провел рукой по плоскому животику, погладил маленькую ямочку пупка, спустился к бедрам, ощущая их крепость.
     Девушка, прикрыв глаза, выгнулась навстречу ласкам партнера, протянула к нему руки и стала осыпать жаркими влажными поцелуями его плечи, шею, грудь. Бретельки сползли с её округлых плеч, открывая доступ к грудям, и Вадик приник к трепещущим соскам губами, словно желая напиться из них, как из живительного источника.
     Подтянувшись на руках, он лег на Алису сверху, упершись локтями в матрас, осторожно раздвинул коленом её бедра и устроился между ними, вбирая в себя их тепло. Девушка раскрылась еще шире, согнув ноги в коленях и забросив их парню на спину. Вращая низом живота, она попыталась поймать его восставшую плоть своей истекавшей соками желания щелкой, но юноша остановил её.
 - Подожди, милая, - шепнул он на ухо девушке, - Я тебя очень люблю и должен сделать кое-что.
     Опустив руку к полу и нащупав халат, он достал из кармана небольшой конвертик и разорвал его зубами. Тонкий прозрачный презерватив быстро очутился на его уже стоявшем, как кол, члене. Алиса, взглянув на него, не смогла удержаться, и осторожно погладила плоть одними лишь кончиками пальцев. От её нежных прикосновений член затрепетал, как живой. Она изогнулась и помогла парню лечь на спину.
     Устроившись головой на его животе, девушка пригнула член к своему лицу и лизнула его головку, заключенную в тонкую почти неосязаемую пленку. Приоткрыв ротик, она обхватила плоть губами и медленно втянула в себя. Её юркий язычок, как мотылек начал порхать вокруг ствола, не пропуская ни одного сантиметра. Он, то спускался до самого основания, то возносился к набухшей головке, заставляя член вибрировать, будто его подключили к электрической розетке.
     Вадик почувствовал, что долго сдерживаться не сможет, и мягко отстранил голову девушки. Она поняла его и легла на спину, раскинув ноги на всю ширину, на какую только была способна. Юноша накрыл её сверху и направил своё орудие в теплую влажную пещерку.
     Он старался делать всё осторожно, чтобы не травмировать партнершу. Головка утонула в бутоне половых губок, сразу же заключивших член в свои горячие объятия. Вадик немного надавил и почувствовал девственную преграду. Он замер, вопросительно взглянув на девушку. Алиса положила обе ладони на его ягодицы и нажала на них.
     Резкая боль пронзила тело девушки. Она вскрикнула, но не отстранилась, дав возможность Вадику проникнуть в неё еще глубже. И сразу по телу стали расплываться волны приятного тепла, боль быстро утихла, и Алиса уже билась под порывами новых неизвестных ранее, но таких приятных ощущений. Она стонала и всхлипывала при новых погружениях, бессознательно мотала головой, а слезы радости лились из её глаз.
     Вадик ускорил темп, предвкушая долгожданную разрядку. Девушка, поймав ритм, помогала ему, подмахивая низом живота. Она осыпала любовника горячими поцелуями и шептала на ухо слова, которые юноша едва мог разобрать.
     Сделав еще несколько толчков, он излился, и Алиса почувствовала, как тонкая пленка презерватива быстро наполнилась теплым семенем, раздувшим её. Она сильно выгнулась, плотнее прижавшись к его бедрам, и долгожданная развязка захлестнула её, на мгновение лишив сознания. Она глубоко вздохнула и упала на постель, раскинув руки в стороны.
 - Ты в порядке? – где-то далеко услышала она настороженный голос парня.
 - Да. Да, - прошептала Алиса, облизывая пухленькие губки.
 - Как ты себя чувствуешь? – Вадик склонился над ней и поцеловал в лоб.
 - Прекрасно, любимый, - девушка, не открывая глаз, нашла его губы и приникла к ним.
     Они снова обнялись и долго целовались, перекатываясь с края на край огромной кровати, пока желание обладать друг другом вновь не овладело ими. Снова накатив презерватив, Вадик перевернул девушку на живот и приподнял её зад, велев опустить голову ниже и упереться локтями.
     Алиса выполнила приказание господина и выставила попку, будто просила, чтобы ей всыпали. Парень пристроился сзади, встав на колени. Округлые ягодицы рабыни притягивали к себе, как магнит, и господин не мог отказать себе в удовольствии и погладил нежную кожу. Почувствовав прикосновение его рук, девушка выгнулась еще больше и заурчала, как кошка, прикрыв глаза.
     Её норка снова увлажнилась, и член Вадика, к этому времени снова отбредший твердость, легко раздвинул половые губки и нырнул в горячую бездну. Алиса подалась назад, помогая партнеру, и ощутила, как его орган заполнил её всю и уперся в стенку влагалища. Легкая судорога пробежала по телу, рабыня тихо застонала, выпуская на волю свои чувства, и отдала хозяину своё тело и душу в полное и безраздельное владение.
     Юноша сначала медленно, потом всё быстрее начал двигаться внутри девушки, с каждым толчком распаляя её, как ветер раздувает огонь, умело ведя её к сладостной концовке, которая никогда не наскучит и не будет отвергнута.
     Алиса, постанывая и глотая слезы, повернув голову чуть на бок, раскачивалась в такт движениям любовника, пока не почувствовала сильный жар, который охватил её изнутри.
     Вадик тоже понял, что развязка уже близка, и увеличил темп. Он уже начал терять силы, когда сильнейшая волна оргазма накрыла их обоих. Громко застонав, Алиса выгнулась, выставив вперед голову, и, если бы Вадик не удерживал её за бока, то вполне могла протаранить толстую спинку кровати.
     Сделав еще пару толчков, господин медленно вышел из рабыни и обессиленно упал на кровать. Девушка тоже тяжело дышала. Лицо и плечи её лоснились от пота, глаза сияли от счастья. Она перевернулась головой к ногам парня и снова улеглась головой на его живот. Осторожно освободив член от тонкой резины, она принялась тщательно вылизывать его по всей длине.
     Почувствовав, что орган снова начал твердеть, девушка обхватила пунцовую головку своими губками и стала посасывать, лаская язычком щель и тонкую уздечку. Вадик тихо застонал и, не желая сдерживаться, излился тонкой струйкой теплого семени в рот рабыни. Алиса приняла это, как подарок и, улыбаясь, проглотила порцию.
     Измотанные серией бурных оргазмов, они так и лежали и смотрели друг другу в глаза. Вадик протянул руку и погладил волосы девушки. Они были взлохмачены, но сохранили прежнюю мягкость и аромат. Алиса прикрыла глаза и подставила свою щеку. Легкое прикосновение пальцев согрело её, и рабыня юркнула в объятия своего господина и уже через секунду погрузилась в счастливый и безоблачный сон.

     Недели летели стремительным вихрем, неминуемо приближая день, которого Алиса ждала и боялась. То и дело, поглядывая на календарь, висевший в спальне господина, девушка сникала и становилась вялой и неразговорчивой, и Вадику приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы вывести её из этого состояния.
 - Что тебя тревожит? – спрашивал парень.
     Но рабыня только грустно улыбалась и старалась отвернуться. Но молодой человек и так всё понимал. Он усаживался в кресло и подолгу смотрел на огонь, стараясь отвлечься от грустных мыслей, терзавших и его душу. Иногда он подзывал к себе невольницу, усаживал её на колени, прижимал к своей груди. Его крепкие руки сжимали дрожавшее от избытка чувств тело девушки. Её головка склонялась к его плечу, руки обвивали его шею, и они надолго сливались в одно целое, не в силах разлепить объятья.
 - Нам нужно поговорить, - однажды сказал Вадик, - Сядь и послушай меня.
 - Да, господин, - Алиса опустилась на мягкий коврик около ног господина.
 - Завтра ты уедешь, - твердым голосом произнес парень, - Я отвезу тебя к остановке и посажу в автобус.
 - Уже завтра? – голос рабыни дрогнул, а из глаз потекли слезы.
 - Время вышло, - продолжал Вадик, - Через пару дней возвращаются мои предки.
 - Значит, у нас осталась только одна ночь? – с горечью в голосе сказала Алиса и положила голову на колени хозяина.
     Господин провел рукой по мягким волосам невольницы. Они послушно разошлись на пряди между его пальцами и окутали их, словно хотели согреть. Свет пламени отразился на блестящем нежном шелке, и Вадик невольно залюбовался этими бликами. Он начал медленно перебирать локоны пальцами, удивляясь их податливости и нежности.
     Алиса замерла, прикрыв глаза. Сидя у его ног, она почувствовала, как рука хозяина скользит по её голове, и от этих прикосновений девушке вдруг стало тепло и спокойно. Пальцы её повелителя были сильны и нежны. Рабыня тихо вздохнула и обхватила рукой его ногу. Не поднимая головы, она припала губами к напрягшемуся бедру, уловив, как пульсирует кровь в его жилах.
 - Неужели, уже завтра всё это закончится?! – подумала Алиса, и предательские слезы наполнили её глаза.
 - Мой господин, - прошептала она, подняв глаза, - Мой повелитель.
 - Говори, - голос Вадика стал жестким, и по телу рабыни побежали мурашки.
 - Господин! - задыхаясь от волнения, произнесла девушка, - Подари рабыне эту ночь!
     Вадик бросил быстрый взгляд на невольницу. Мягко отстранив её, парень поднялся и помог Алисе встать на ноги. Взяв её за кольцо ошейника, хозяин повел рабыню на второй этаж.
 - Приготовься, - он толкнул дверь спальни ногой, - Не надевай ничего. Я хочу, чтобы ты была голой. Встань на колени возле кровати и жди меня.
 - Да, мой господин, - девушка присела в грациозном поклоне и шагнула за порог спальни.
     Когда дверь закрылась, Алиса огляделась и увидела, что в комнате произошли кое-какие изменения. Перед кроватью на полу лежал небольшой пушистый коврик, которого там еще утром не было. Сама кровать была аккуратно застелена и покрыта мягким пледом. Свет был притушен, шторы задернуты. В комнате царил легкий мрак, создававший некоторую загадочность обстановки.
     Сняв с рук и ног оковы, рабыня подошла к зеркалу и присела на низкий пуфик. При свете небольшого ночника, стоявшего рядом с трюмо, на её шее тускло поблескивал никелированный обруч. Алиса потрогала кольцо, но расстегивать защелку не стала. Сняв с себя фартук и платье, она аккуратно сложила одежду и бережно повесила её на спинку стула.
     Приняв душ и насухо вытерев тело мягким полотенцем, пахшим ландышем, она, как было велено господином, опустилась на колени перед кроватью, склонила голову вниз и заложила руки за спину, приняв позу смиренной невольницы, ожидающей своего хозяина.
 - Всё для тебя, господин, - прошептала она, - Лишь бы ты был доволен.
     Прошло около часа, когда дверь открылась. Рабыня почувствовала легкий холодок, окутавший её плечи и спину. Не поворачивая головы, она слышала мягкую поступь хозяина, улавливала легкий сладковатый запах его одеколона, учащенное дыхание. Его ладони легли на её плечи, и рабыня вздрогнула. Она не испугалась, потому что ожидала этого прикосновения.
     Запрокинув голову назад, девушка уткнулась затылком в упругий живот господина, и посмотрела на него снизу вверх. Его рука мягко скользнула по её щеке и накрыла губы. Алиса приоткрыла рот и лизнула ладонь хозяина, давая понять, что она полностью в его власти.
     Вадик присел позади девушки на корточки и стянул её запястья тонким ремнем. Вслед за этим он натянул на её кулачки узкий кожаный мешочек. Рабыня хотела что-то сказать, но в следующее мгновение мягкая шелковистая ткань оказалась в её приоткрытом ротике. Невольница не стала сопротивляться, а лишь еще больше раскрыла рот, позволив господину глубже запихнуть кляп. Достав из кармана большой носовой платок и сложив его по диагонали, юноша завязал рот рабыне, аккуратно расправив концы.
 - Встань, - приказал он, помогая девушке подняться.
     Алису подвели к зеркалу, и она увидела своё отражение. Она стояла посреди комнаты абсолютно голая со связанными за спиной руками и заткнутым ртом. Хоть материя и была мягкой, но не позволяла девушке говорить. Вадик обнял рабыню за талию и вдруг быстро подхватил её на руки и понес к кровати. Невольница с интересом смотрела на своего господина, не понимая, что он собирается с ней делать.
     Парень положил девушку на кровать и укрыл пледом. На немой вопрос, который ясно читался в её широко раскрытых карих глазах, он мягко улыбнулся и, наклонившись к ней, поцеловал Алису в лоб. Вытянув из заднего кармана брюк еще один ремень, он связал девушке лодыжки, затем пристегнул к ошейнику цепочку и защелкнул карабин на кольце кровати.
 - Поспи немного, рабыня. – Вадик направился к двери.
     Алиса от обиды чуть не лишилась чувств. Слезы душили её, но никто не мог слышать сдавленных стонов, приглушенных затычкой. Она начала биться в постели, но ремни держали крепко, и девушка скоро совсем запуталась в покрывавшем её пледе и затихла, окончательно выбившись из сил. Едва закрыв глаза, она заснула.

     Море было спокойно. Дул легкий ветерок, но его совсем не доставало, чтобы наполнить паруса огромного корабля. Команда изнывала от безделья, толстый капитан, сидя под балдахином, лениво потягивал крепкий кофе из изящной серебряной чашечки. Сегодня он пригласил на мостик своего пассажира, которого знал уже много лет.
 - Уважаемый Салим, - капитан прищурил глаз, - Я исполнен уважения к Вам и восторгаюсь Вашими успехами. Торговля идет отлично, а Ваш кошелек разбух от золота.
 - Куда Вы клоните, уважаемый Махмуд, - купец смахнул со лба пот.
 - Куда? – капитан отставил в сторону чашку, - При таком богатстве, дорогой друг, я бы давным-давно окружил себя самыми красивыми невольницами и сидел бы на берегу и любовался закатом.
 - И помер бы от скуки, - продолжил купец с саркастической улыбкой, - Нет, мой друг. Такая жизнь не для меня. Я еще не стар, и у меня вполне хватает сил для дальних путешествий. А наложницы… Всегда можно взять с собой в дорогу пару-тройку рабынь, но потом куда их девать? После первого же морского перехода эти красотки потеряют товарный вид, и я не смогу их продать даже за гроши.
 - И тем не менее Вы, мой дорогой друг, всё же, везете с собой одну прелестницу, - Салим снова хитро взглянул на своего друга.
 - Ах, эту девку! – Махмуд тихо рассмеялся, - Вы правы. Но эту рабыню я купил не для себя. Великий Паша, да живет он вечно, мой хозяин, просил меня разыскать наложницу в северных землях. И я выполнил его просьбу.
 - И она хороша? – спросил капитан.
 - Она прекрасна, - купец закатил глаза, но тут же стал серьезен, - Но своенравна, как все северянки.
 - Ну, я думаю, - Махмуд зацокал языком, - Паша сумеет присмирить эту дикую кошку.
 - А не хотите ли взглянуть на неё? – неожиданно спросил Салим.
 - Было бы интересно! – обрадовался капитан, сдвинув тюрбан на затылок.
 - Хассан! – купец подозвал одного из своих телохранителей, - Приведи к нам мою рабыню. Если будет сопротивляться, угости её плетью, но не переусердствуй.
 - Будет исполнено, хозяин, - высокий охранник учтиво поклонился и исчез в чреве корабля.
     Вскоре послышался звон цепей и свист хлыста. Матросы сгрудились у люка, из которого вскоре появилась лысая голова Хассана. Изрыгая самые гнусные ругательства, он тянул за собой тяжелую цепь, намотанную на его огромную ручищу. В другой руке охранник держал длинный бич, которым неистово размахивал в воздухе.
     Выбравшись на палубу, Хассан сильно дернул на себя цепь, и из узкого люка выскочила обнаженная девушка. Руки её были туго связаны за спиной широким ремнем, ноги закованы в тяжелые браслеты, соединенные толстой цепью. Тонкую длинную шею обхватывал широкий железный ошейник с массивным кольцом, к которому и была пристегнута цепь, за которую её тянули. Рот был заткнут большим кожаным шаром, который удерживался двумя шнурками, завязанными на затылке.
     Длинные каштановые волосы невольницы были спутаны и свисали на лицо грязными прядями. Но её точеная фигурка произвела впечатление на мужчин. Округлые бедра и узкая талия, плоский живот с аккуратной ямочкой пупка, полные тугие груди с дивными фасолинами сосков будто бы манили к себе, не давая возможности оторвать глаз.
 - Веди её сюда, Хассан! – крикнул купец, - Мой друг хочет посмотреть на эту дикарку.
     Пинками и грубыми окриками охранник погнал рабыню к навесу. Девушка отчаянно сопротивлялась, дергаясь и мыча, но сил ей не хватало, чтобы противостоять двухметровому гиганту. Подтащив ближе, Хассан хлестнул пленницу по ногам, принудив её встать на колени. Намотав шейную цепь на кулак, он схватил рабыню за волосы и запрокинул ей голову назад.
 - Приходится держать её связанной и с кляпом во рту, - пояснил Салим, - Когда мои люди заталкивали её в трюм, эта мерзавка укусила кого-то.
 - Да-а, - капитан сложил руки на животе, - Вашему хозяину предстоит трудная задача. Укротить такую девку будет нелегко.
 - Мой хозяин – мастер на такие дела, - с усмешкой ответил купец, - Не сомневайтесь, уважаемый Махмуд, через несколько дней она будет кроткой, как ягненок.
     Он протянул свою холеную руку и ухватил девушку за подбородок. Рабыня дернулась и сверкнула на купца своими огромными карими глазами. Охранник, державший её сзади, протянул плетью поперек туловища. Но рабыня не издала даже тихого стона.
 - Привяжи её к мачте, - распорядился Салим, - Пусть подышит воздухом. Может, присмиреет. И проследи, чтобы около неё не крутились матросы. Не для этого грязного сброда я выложил за девчонку кругленькую сумму.
     Хассан схватил рабыню и потащил к мачте. Поставив её на колени, он размотал ремень, и связал ей руки, заведя их за толстый столб. Чтобы невольница не наклонялась, верзила привязал её еще и за шею. Рабыня оказалась почти полностью обездвиженной. Стоя на коленях, она, наконец, тихо застонала, что вызвало среди матросов дружный гогот.
     Ветер подул сильнее, наполняя паруса, и корабль заскользил по воде, мерно покачиваясь на волнах. Капитан отдал несколько приказов, и команда принялась исполнять свои обязанности, оставив пленницу в покое.
 - Корабль по правому борту! – крикнул впередсмотрящий.
 - Странно, - буркнул Махмуд, привстав со своего места, - Кто бы это мог быть?
 - Наверно, какой-нибудь торговец, вроде меня, - сделал предположение купец, но быстро умолк, поймав недовольный взгляд капитана.
     Незнакомый корабль быстро приближался, и вскоре можно было без труда разглядеть черные полотнища парусов и кровавые змеи флагов на мачтах. У Салима перехватило дыхание. Не раз он слышал рассказы о пиратах от своих друзей, но, волею судеб, еще ни разу не приходилось с ними встречаться. Забыв даже поблагодарить Махмуда за гостеприимство, купец бросился в свою каюту.
     Пираты шли наперерез судну и очень скоро заставили корабль сбавить ход.
 - Убрать паруса! – крикнул капитан, - Лечь в дрейф! Команде занять места для швартовки!
 - Живей, ленивые шакалы! – заорал боцман, размахивая руками, - Шевелись!
     Корабли сошлись бортами, и на палубу торговца со свистом и улюлюканьем посыпались пестро одетые люди, вооруженные кривыми саблями и длинными ножами. По перекинутым доскам сошел атаман пиратов и огляделся, выискивая капитана. Он был молод и красив. Черная облегающая одежда подчеркивала стройность его фигуры, а широкие плечи говорили о немалой силе. Длинные русые волосы развевались на ветру. На боку висела на богато украшенной перевиси элегантная шпага.
 - Что Вам угодно, - к пирату, чуть согнувшись, подкатился капитан Махмуд.
 - Мне угодно взять то, что принадлежит по праву, - медленно ответил юноша.
 - Что именно? – Махмуд оглянулся вокруг, - И о каком праве Вы говорите?
     Атаман сделал пол оборота и указал на привязанную к мачте рабыню. Тот час к ней подлетели двое головорезов и перерубили путы. Девушке помогли подняться на ноги, и один из налетчиков укутал её своим плащом.
 - Это моя рабыня! – крикнул появившийся на палубе купец, держа в руке заряженный пистолет, - Я купил её за свои деньги!
 - Ты смеешь спорить со мной, мерзавец? – рассмеялся юноша, - Тогда решим наш спор в честном поединке! Ты готов?
     В следующую секунду прогремел выстрел. Когда дым рассеялся, все увидели лежащую на палубе рабыню, из груди которой текла кровь. Она еще была жива и простирала руки к молодому человеку, склонившемуся над ней. Она бесшумно шевелила губами, а он в ответ кивал, словно понимал каждое её слово.
     Пираты бросились к купцу, скрутили его и подвели к атаману. Юноша взглянул на Салима испепеляющим взором. Выдержав долгую паузу, он выбросил вперед руку и крикнул:
 - Вздернуть на рее вместе с капитаном! Взять всё, что есть ценного! Судно сжечь! Рабыню перенести в мою каюту!
 - Не надо, господин, - собрав последние силы, прошептала девушка, - Простите глупую рабыню. Я не смогла сберечься для Вас, мой повелитель.
     Но несколько пар сильных рук уже понесли её на борт пиратского судна. Следом, опустив голову, шел капитан, и матросы видели, как текут слезы из его глаз. Рабыня отвернулась, чтобы не видеть эту печальную картину. Силы быстро оставляли её, лицо бледнело, и девушка, сделав последний вздох, уронила голову на бок…

     Что-то мягкое и влажное коснулось её губ. Алиса открыла глаза. Склонившись к ней, на краю кровати сидел Вадик и целовал её в губы. Повязки и кляпа уже не было, ноги тоже оказались свободны, но руки по-прежнему были связаны за спиной. Девушка попыталась лечь на спину, но кулачки больно уперлись ей в спину.
     Парень лег рядом и положил девушку себе на грудь. Так оказалось значительно удобнее. Алиса потянулась к его губам, и они слились воедино. Его настойчивый язык проник сквозь её зубки, и она обхватила его губами. Его руки обняли её голову, её волосы окутали его лицо.
 - Как я ждала тебя, мой господин, - прошептала рабыня, надеясь, что хозяин не заметит, как краснеют её щеки.
 - Я это чувствовал, - ответил юноша, - Но что-то меня удерживало.
 - Мне приснился сон, - Алиса посмотрела на парня, приподняв голову.
 - Мне тоже, - улыбаясь, ответил он.
 - Ты мне расскажешь? – девушка уткнулась носиком в ямочку на его шее.
 - Конечно, - Вадик прижался губами к её щеке, - А ты расскажешь, что тебе снилось?
     Ничего не ответив, Алиса прильнула к его груди. Обхватив губами его сосок, она стала нежно покусывать и посасывать его, лизать язычком, тереться носиком. Чувствуя, как возбуждается его плоть, она раздвинула бедра и попыталась нащупать низом живота быстро твердеющий жезл.
     Вадик, поняв намерения партнерши, чуть приподнял её бедра, и его член без труда нашел уже влажную щелку. Одно легкое движение, и рабыня прогнулась всем телом, вбирая в своё горячее лоно напрягшуюся плоть. Замерев на секунду, давая возможность своему телу привыкнуть к новым ощущениям, она сжала парня коленями, и буйная, полная страсти скачка началась.
     Они любили друг друга неистово, азартно, то замедляя темп, то вновь ускоряясь, и никак не могли насытиться. Оргазмы сменяли один другой с поражающей быстротой. Порой им казалось, что силы иссякли, но уже через минуту, повинуясь всепоглощающему желанию их разгоряченных тел, любовники вновь бросались в пучину наслаждений, и всё повторялось сначала.
 - Я больше не могу, господин, - упав на его грудь, прошептала рабыня.
     Мокрая от пота и слез радости, она тяжело дышала, хватая воздух ртом. Её гибкое тело изогнулось, и девушка улеглась головой на вздымавшийся живот хозяина. Губы быстро нашли вновь затвердевший член и обхватили его, накрыв почти до основания.
     Вадик тихо застонал от мягких прикосновений и откинулся назад, отдав себя во власть ласкам подруги. Её юркий язычок начал путешествие по всей длине фала, подводя партнера к очередной разрядке, которая не заставила себя долго ждать.
     Тонкая теплая струя вонзилась в рот Алисы, и девушка приняла её, как живительный нектар, всю до последней капли.
 - Я люблю тебя, - прошептала она, покрывая поцелуями живот и бедра любовника.
 - У меня никогда не было такой женщины, как ты, моя рабыня, - Вадик нежно погладил Алису по плечу.
     Он развязал ей руки и притянул к себе. Они переплелись, их губы встретились, и любовники потонули в долгом поцелуе.

     Автобус показался из-за поворота, и ожидавшие на остановке, начали вставать со своих мест. Вадик поднес сумку к самой обочине.
 - Мы больше никогда не увидимся? – грустно спросила Алиса.
 - Обязательно увидимся, - улыбнулся парень, - Только этого надо очень хотеть.
 - Ты мне будешь писать? – девушка с надеждой посмотрела в ему в глаза.
 - Буду, - юноша почему-то отвернул голову.
 - Эй, девушка! – крикнул водитель, - Едешь или нет? У меня график.
 - Да погоди ты, Василич, - вступилась какая-то женщина, - Пусть молодые попрощаются.
 - Тебе пора, - Вадик помог подруге залезть в салон и подал ей сумку, - Будь осторожна.
     Двери закрылись, издав неприятный лязг, и "ПАЗик" затрясся по изрытому асфальту. Алиса пробралась к задним сидениям и уселась в угол. День был пасмурный, и смотреть на огромные лужи, образовавшиеся еще ночью, совсем не хотелось.
 - Кто это тебя провожал? – к девушке подсела та самая женщина, которая просила шофера не торопиться.
 - Одноклассник, - тихо ответила Алиса.
 - Городские, что ли? – с некоторой брезгливостью спросила попутчица, - Я сама работаю в школе, а вас не помню.
 - И Вам это неприятно, - съязвила девушка в надежде, что непрошенная собеседница от неё отвяжется.
 - Да мне пофиг! – женщина измерила Алису оценивающим взглядом и, переваливаясь с боку на бок, как откормленная гусыня, пересела к своей подруге.
     За окном проплывали покосившиеся заборы частного сектора, над которыми разлаписто свисали огромные ветки елей. По окну зачиркал снова начавшийся дождь, и пассажиры спешно стали закрывать окна. Автобус заёрзал по дороге, объезжая лужи, словно боялся замочить колеса.
     Алиса закуталась в теплую кофту и надвинула на самый лоб бейсболку. Слезы наворачивались на глаза, и она вся сжалась в комок, чтобы не расплакаться. Прикрыв глаза, она забилась в угол. Пассажиры мирно беседовали меж собой, и никто больше не обращал внимания на девушку, одиноко сидевшую на заднем сидении.
 - Вот так, наверное, чувствовали себя рабыни, - подумала она, - Когда хозяева даровали им свободу. Никому не нужны, никому не интересны.

Продолжение следует

Пишите мне
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Афоризмы

Еще один день оказался напрасной тратой макияжа...

Последние новости

«Ванечка, возьми из шкафа полотенце, майку и...

Статистика