Поделиться в социальных сетях:

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Rating 2.94 (8 Votes)

У всех, наверное, есть свое хобби. Есть оно и у меня. И мое хобби – это превращать женщин в шлюх. Именно так – в конченных похотливых шлюшек. И за восемнадцать лет я вполне преуспел в этом. Не знаю, скольких мужей я превратил в рогатых оленей и лосей, счет я не веду, но немало. Но не только замужние моя добыча. Куда как интереснее делать шлюх из невинных еще дурочек. Или просто из любопытных нимфеток. Нет, не подумайте, совсем малолетки меня не интересуют. И по одной простой причине – я чту закон и вовсе не желаю попасть в число педофилов, охота на которых превратилась в национальный вид спорта.

Хотя, иногда кое-какие мои действия все же попали бы под квалификацию развратных в отношении малолеток. Меня до нельзя, буквально до оргазма возбуждает, когда чья-то дочка становится свидетельницей блядства своей мамаши. И если дочке той лет двенадцать, то, видя это, я просто кончаю. Но это так редко бывает…
Тут я расскажу в нескольких рассказах о своих приключениях. О своем хобби. Буду выкладывать по мере проявления интереса к моим повествованиям. Не будет интересно читателю – прекращу. А пока начну с начала, с того, что произошло со мной двадцать три года назад, когда вашему покорному слуге было еще двенадцать лет.
Да, расскажу о себе. Имени, конечно же, не скажу, как не признаюсь, где живу. А остальное – пожалуйста. Итак, давайте знакомиться. Мне 35 лет. Рост выше среднего (если точнее, то метр восемьдесят два). Телосложение обычное – не толстяк, не атлет и не задохлик. Я брюнет с кучерявыми волосами. Член у меня нормального среднеевропейского размера – 17 см в состоянии эрекции. Но самое главное – я стопроцентный бисексуал-универсал. А еще я люблю всякие сексуальные игры – люблю доминировать и обожаю подчиняться. Ну, и всякое такое прочее. Да, как-то же меня нужно называть, так? Пусть я буду Михаилом. Итак, сегодня расскажу, как все начиналось.
Было это в 1989 году, летом. Мне двенадцать лет, но я уже вовсю дрочил. С этим делом я познакомился лет в десять, когда стал свидетелем секса моей мамы с любовником. С папой они развелись где-то через год. Так вот, с десяти лет я дрочил. Представлял свою маму с разными мужиками (нередко я был свидетелем ее встреч с ними, но об этом дальше), представлял свою учительницу английского – типичную эсэсовку из фильмов про войну, голубоглазую, строгую и такую сексапильную блондинку. Кстати, именно она была вторым после мамы объектом моих детских эротических грез.
Я ехал в автобусе. Прямо передо мной ехала рыжеволосая дама в легком платье. Я так залюбовался ею, подсматривая исподтишка на ее коленки, декольте, в котором так соблазнительно покачивались свободные от лифчика груди. Я возбудился. Мои штаны, казалось, вот-вот разорвутся от перенапряжения. А в какой-то момент соседка мне улыбнулась. Я, конечно же, смущенно ответил ей улыбкой и отвернулся к окну, скосив взгляд на ее голые коленки.
- Ты мне поможешь сумки донести? А я потом тебе дам на дорогу, - улыбнувшись произнесла дива.
Я удивился и повернулся к ней:
- Да, конечно…
И не в том дело, что я пионером был еще и вообще хорошо воспитан. Просто, как вы понимаете, меня толкало сексуальное желание. Я уже мечтал, как придя домой закроюсь в ванной и буду дрочить, закрыв глаза и представляя себе эту красавицу.
- Тогда пойдем, - сказала она и показала глазами на две довольно внушительные сумки.
Я их только сейчас заметил. Когда автобус остановился, меня качнуло прямо на эту нимфу. Я извинился, а сам всей грудью вдохнул аромат ее тела. Оно так пахло! А штаны мои – я только тут вспомнил о них – все бугрились. Люди смотрели на меня – как же скрыть-то такое от чужих глаз. Я вдруг заметил, что и она, моя сиюсекундная возлюбленная, заметила это и едва заметно усмехнулась.
Минут через десять (в штанах у меня все успокоилось, но сердце, казалось, вырвется из груди) мы уже поднялись по лестнице на третий этаж стандартной советской пятиэтажки. По пути мы познакомились – женщину звали Аллой.
- Заходи, помощник, - улыбнулась Алла, открыв дверь. – Напою тебя чаем, тимуровец.
Я прошел в обставленную квартиру. Сердце аж к горлу подкатило. Тяжести сумок я почти не замечал. Я разулся и занес сумки в кухню, пройдя вслед за хозяйкой. Она поставила на газовую плиту чайник и стала разбирать пакеты. Копченая колбаса, бутылки с вином «Рубин» и водкой, красные яблоки, еще какие-то продукты. А в то время ловил взглядом покачивания ее груди, движения ягодиц. Штаны мои опять вспучились. Тетя Алла спросила меня о чем-то, но я в возбуждении своем и не понял вопроса. Я представлял, как я набросился бы на нее, как повалил бы, как… Дальше мои фантазии вообще путались и где-то терялись. Алла громче окликнула меня. Я поднял на нее глаза:
- Простите, тетя Алла, я задумался. Мне идти пора, наверное.
- Знаю я, о чем ты тут задумался, - с усмешкой сказала Алла и взяла меня за подбородок своими нежными пальцами, подняв мое лицо кверху. – Любишь, наверное, подсматривать, да?
- Тетя Алла, я… Эм-мм.. Я не… - пытался я что-то ответить, выдавая какие-то нечленораздельные звуки.
Женщина смотрела мне прямо в глаза своими зелеными очами, издевательски и так чертовски сексуально улыбаясь.
- А чай? – усмехнулась она как-то даже презрительно. – Ты же помог женщине донести сумки, да, тимуровец? А я тебя отблагодарить хочу. Видик видел?
Тогда видеосалоны только появились. И цены на сеансы кусались. Я лишь однажды был в видеосалоне, смотрел какой-то фильм про кунг-фу.
- Да, - как-то проблеял я.
- А подсматривать любишь, да? У тебя есть сестра?
- Нет, я один у мамы…
- Тогда за матерью подсматриваешь, да? – спросила тетя Алла и отвернулась выключить чайник. Я перевел дыхание облегченно, ведь ее смеющиеся глаза уже не смотрели на меня так и почти в упор. Но Алла повернулась вновь, ставя на стол чашки, и снова спросила меня, - так подсматриваешь или нет? - Я опять что-то замычал в ответ, а тетя Алла, беря чайник и наливая кипяток в чашки, как-то убежденно констатировал, - подсматриваешь, я знаю. Наверное, ты подсматриваешь за нею через вот такое окошко, - и она кивнула на небольшое стеклянное окно, что было под потолком на стене между кухней и ванной, - да? А отец твой знает?
- Они с мамой развелись и папа живет в Ленинграде теперь, - хоть как-то ответил я.
- А мужчина, ну, друг, у мамы есть?
- Да, дядя Игорь и дядя Коля, - признался я. Почему-то назвал имена двух постоянных маминых друзей, с которыми она поочередно встречалась чаще, чем с остальными. Наверное потому я назвал их имена, что именно когда мама встречалась и занималась любовью с кем-то из них, мне удавалось подсматривать и мастурбировать.
- Аж два друга? – опять насмешливо спросила Алла. – Они любят твою маму, наверное, да? А ты подсматривал за ними, ведь так? Признайся, тебе же интересно было, да?
Я опустил глаза и пробормотал «да».
- Ты расскажи, Миша, мне тоже интересно, не стесняйся. Я ведь понравилась тебе, да? – передо мной уже стояла чашка с чаем, какой-то джем, какие-то конфеты. Но я чувствовал, что мне и кусок в горло не полезет. – Да ты пей чай, он хороший, индийский. Я сейчас, на секунду. - Алла пошла в сторону комнат, но обернулась и спросила, даже не спросила, а просто сказала, - сейчас, приду, и ты мне все расскажешь, да?
Я готов был провалиться сквозь все три этажа. Сидел, тупо смотрел на остывающий чай, а тети Аллы все не было. Может через три минуты, а может через десять, а может и через несколько секунд – время просто остановилось для меня – я услышал, что тетя Алла с кем-то о чем-то говорит по телефону в комнате. Я не разобрал. А закончив разговор, она опять появилась на кухне.
- Ну, чего же ты не пьешь чай-то? Он уже совсем остыл. У меня, впрочем, тоже. Пойдем, тимуровец, видик посмотришь. Какие фильмы любишь?
- Не знаю, про кунг-фу, наверное. Ну, или мультики американские – про «Том и Джерри» там…
Я прошел вслед за хозяйкой в комнату. Зал был обставлен богато – помимо обычных стенки, дивана и кресел, в стенке стоял дорогой цветной телевизор, над которым был видеоплеер, а над ними стояла стереосистема. Видно было, что квартира не бедных советских тружеников. Я сел на диван перед телевизором. Алла провела какие-то манипуляции и на экране появилась какая-то мультяшная картинка.
- Ты смотри, а я пока ополоснусь, жара на улице. Только чур. Не подглядывать!
С этими словами хозяйка скрылась, а мой взор стал прикован к мультфильму. Это был не «Том и Джерри». На экране разыгрывалось действие иного характера. Мультгерои воплощали на экране мои эротические фантазии. Потом я не раз еще видел разные порномультфильмы, но это было впервые. И я опять возбудился. Не мог оторвать глаз от экрана. Рука моя как-то сама по себе оказалась в трусах и стала теребить твердокаменный член. И когда мне казалось, что вот-вот уже взорвусь, рядом раздался громкий женский смех. Я выдернул руку и оглянулся. Облокотившись на косяк, стояла тетя Алла с мокрыми волосами, одетая в красный шелковый халат, через который проступали контуры влажного тела.
- А ты еще и писюном своим шалишь? Ну, давай рассказывай про маму свою – сколько ей лет, сколько у нее друзей. А то мультик тебя с ума сведет такой, да?
Говоря, Алла подошла и развалилась на диване рядом со мной, поджав под себя ноги. Она положила руку на бугор в моих штанах. В вырезе халата я отчетливо увидел ее грудь.
- У мамы твоей много, наверное, мужчин-друзей, да? – я кивнул в ответ. – И ты видел, как они занимались любовью, да? – Я опять кивнул. – Тебе нравится твоя мама, она красивая? – и снова мой кивок. – А лет ей сколько?
- Тридцать один, - выдавил я едва слышно. Я понимал, что тетя Алла видит, как я не могу оторвать взгляда от ее груди, но она же никак не реагировал. Она продолжала спрашивать негромко, но насмешливо, о маме, констатировав, что та всего на три года старше Аллу. Я рассказал, что у мамы крупная грудь, черные волосы ниже плеч, шрам на животе. Я рассказал, где она работает. И даже рассказал, как я подглядывал за нею и ее занятиями любовью с разными мужчинами. В какой-то миг мне вдруг стало это легко рассказывать и даже в охотку.
- А я тебе сильно понравилась? – спросила Алла, откинувшись чуть назад и сладко потягиваясь. Соски ее грудей пропечатались сквозь ткань халата.
- Да, тетя Алла, вы мне очень-очень понравились! – возбужденно закивал я головой.
- А за мной бы ты хотел подсматривать? Ну, скажи честно, как пионер – хотел бы смотреть, как я любовью занимаюсь?
- Да! – выпалил я.
- Точно? – улыбаясь, тетя Алла медленно оголяла свою грудь рукой. Она была немножко обсыпана веснушками. А когда показались большие соски, у меня перехватило дыхание. – И ты исполнишь мои три желания за это? – я закивал в ответ головой. – А писю женскую ты близко так вот видел? – и спрашивая это, Алла раздвинула ноги прямо передо мною. Мне открылось то, что я просто мечтал увидеть. Я замер, а Алла вновь сдвинула ноги и опять поджала их под себя. – Я бы разрешила тебе подсматривать, если бы ты согласился сделать кое-что для меня. Ты готов? Ты сделаешь все, что я попрошу? – я закивал головой, не в силах что-то сказать. – Нет, Миша, ты скажи, что ты все сделаешь, что я попрошу, если я позволю тебе подсматривать за мной, когда я буду заниматься любовью.
- Тетя Алла, я все сделаю, все-все, все, что скажете, - задыхаясь отвечал я.
- Тогда разденься прямо сейчас догола. И быстро, по-солдатски! – голос тети Аллы изменился, он стал властным и жестким, не терпящим возражений.
Я встал и начал раздеваться. Встала и Алла. Запахнув халат она вышла в другую комнату, закрыв за собой дверь. Я стоял голый и смотрел, как мультяшные герои занимаются групповым сексом. Дверь из спальни открылась и из нее вышла хозяйка, неся что-то в руках.
- Одень все это, - велела она, бросив ношу на диван. Это было женское белье – плавки и бюстгальтер, юбка, маечка и пара телесного цвета чулок. Я недоуменно поднял глаза, заливаясь краской, но Алла, не терпя никаких вопросов и возражений сказала:
- Если хочешь за мной наблюдать, то одевай это все.
Она подошла к антресоли и вынула из нее сверток, бросив его тоже на диван. Я начал обряжаться в женскую одежду. Сначала натянул трусики и надел бюстгальтер. Хозяйка помогла мне его застегнуть. Он был какого-то девичьего совсем размера, почти плотно облегая мое тело. Потом я через ноги надел джинсовую юбку, оказавшуюся мне по колено. Следом была майка, чуть-чуть великоватая для меня. И уже потом я стал натягивать  чулки с резинками вверху. Алла улыбнулась и показала, как их нужно собрать и раскатать, разглаживая по ноге. Пока я натягивал второй чулок, женщина сходила на кухню и принесла стул, на который усадила меня. Разложив на журнальном столике тени, тушь и прочие макияжные принадлежности, тетя Алла стала красить мое лицо. Время от времени я успевал поймать взглядом ее груди в вырезе халата, ног она никакого внимания не обращала. Минут пятнадцать колдовала Алла с моим лицом, говоря, какую красавицу-невесту она сейчас вылепить из любопытного пионера с шаловливыми руками, после чего удовлетворенно кивнула головой и взяла в руки расчёску. Собрав как-то волосы, она натянула какую-то эластичную сеточку на них и сверху надела парик, вынув его из того самого свертка, что достала с антресоли.
- Ну, вот и чудненько. Отлично получилось, да? – спросила она, беря меня за руку и ведя к ванной, где я глянул в зеркало и увидел вполне симпатичную девушку, совсем не похожую на мальчишку, каким я был до того момента. Опушенные длинными ресницами мои серые глаза контрастировали с черными волосами парика, уложенными в каре, на скулах появился яркий румянец, на губах красная помада и блеск, вокруг подведенных карандашом глаз и на веках тени. – У тебя какой размер ноги?
- Сороковой, - ответил я. Алла оставила меня любоваться собой, а сама опять вышла. И я любовался. Мне нравилась эта девушка, что смотрела на меня из зеркала, и никак не двенадцать лет ей дашь…
- Ну-ка, примерь-ка, - протянула хозяйка мне в руки женские босоножки на небольшом каблуке.
Я надел их – оказалось почти в пору, совсем малость маловаты.
- Ну вот, теперь то, что надо, - улыбнулась тетя Алла. – Ты когда-нибудь алкоголь пробовал? – я ответил, что нет, что лишь раз сливал из нескольких рюмок после взрослого застолья дома, но мне не понравилось. – Ничего, понравится.
Я по велению хозяйки прошел следом за ней на кухню. Она отворила холодильник и из двери вынула наполовину порожнюю бутылку красного вина «Рубин», выплеснула из моей чашки чай и в нее же налила вино. Протянула чашку мне и велела выпить до дна. Вино оказалось вполне приятным на вкус. Глядя, как я пью, Алла улыбалась. Выпив почти полную чашку, я поставил ее на стол. Алла же взглянула на часы, висевшие над дверью, и сказала «Пора». Она взяла меня за руку и завела в спальню. Идти в босоножках было неудобно. Алла подвела меня к шкафу, отворила дверцу. Шкаф оказался пустым. Женщина взяла какой-то поясок, завела мне за спину руки и связала.
- Посиди-ка ты пока в шкафу, девочка, - сказала хозяйка и подтолкнула меня к отворенной двери. В этот же самый миг в дверь позвонили. Алла втолкнула меня в шкаф и провернула ключ. Я оказался в полной темноте.
Время остановилось. Где-то там, за пределами темного шкафа, раздавались голоса Аллы и какого-то мужчины. Мне же было уже просто страшно и тоскливо. Я сидел на корточках в тесном  платяном шкафу и со страхом гадал, что же будет дальше. Я думал о том, что мама меня потеряет… Да мало ли какие мысли лезли в голову. Я уже готов был расплакаться, когда ключ в двери провернулся и предо мной опять стояла тетя Алла. Она была в том же халате и весело улыбалась.
- Ну, девочка, стой тут и наблюдай, тебе же так этого хотелось. – сказала она и прилегла бочком на кровать.
В комнату вошел мужчина. Он был в одних трусах. Мускулистое тело его было бронзовым от загара. Он посмотрел на меня и с ухмылкой спросил Аллу:
- И что у нас сегодня за девочка тут?
- Машенька, - ответила Алла и добавила, - она очень хотела посмотреть, как взрослые занимаются этим. Да пусть она там стоит…
А потом… Потом началось оно самое. Впервые так близко я видел все. Всего в каких-то полутора метрах от меня…
Алла стянула с мужчины плавки, явив наружу густо заросший член, который еще в совсем вялом состоянии был уже довольно внушительным. Алла, присев на край кровати, взяла член в рот. Через какое-то время, когда хуй мужчины уже с трудом входил ей в рот, Алла легла на спину, а мужчина опустился и начал вылизывать ей между ног. Алла застонала, почти как стонала мама, когда занималась «этим» со своими друзьями. Мужчина лизал Алле, а она смотрела на меня. В какой-то миг она попросила:
- Антон, остановись-ка, давай мы эту нашу девочку поближе пустим, пусть учится.
- Иди сюда, - велел мне мужчина и встал. Когда я вышел из шкафа и приблизился к ним, не в силах оторвать взгляда от его дубины, торчащей прямо в меня, он насмешливо спросил, - а что, наша Маша и вправду целка еще совсем?
- Да, она еще маленькая, не будем же мы ее портить, - улыбаясь, ответила Алла.
- Так Маша и целоваться еще не умеет, наверное? – рассмеялся Антон. – Ты умеешь целоваться? – спросил он меня. Я отрицательно мотнул головой. – Нет, ты скажи нам, умеешь или нет целоваться?
- Не знаю, - прошептал я.
Антон взял меня за подбородок, чуть наклонился и медленно приблизил свое лицо ко мне. Я почувствовал запах вина и одеколона. Через миг его губы осторожно коснулись моих. Потом язык его раздвинул мои губы и проник мне в рот. Я задохнулся от происходящего. Алла, пока Антон целовал меня, играя у меня во рту своим языком, встала, зашла мне за спину и развязала мои руки. И тут же я, не отдавая себе отчета в происходящем, обнял ими Антона за шею. Моему члену было так тесно в женских трусиках, он так просился на волю!
Антон вдруг прекратил свой поцелуй, похлопал меня по щеке и вновь, присев, прильнул к лону Аллы. Я смотрел, переводя дыхание и не смея пошевелиться, как уже прямо передо мной все это происходило. В какой-то миг рука Аллы оказалась у меня под юбкой, освободив член. И тогда же Антон подтянулся, лег на нее и вошел. Я знал уже, как оно все происходит, но видел воочию так близко впервые.
Алла обняла мужчину ногами, не сводя с меня глаз. Они задвигались. Женщина стонала. Громче, чем мама, ведь ей не нужно было опасаться, что разбудит меня. Напротив – Алла смотрела на меня. Через какое-то время они перевернулись, и уже Алла стала наверху. Потом она понялась и, двигаясь на Антоне, протянула ко мне руки, ухватила меня за шею, притянула к себе и стала целовать, покусывая мне губы.
И тут я не выдержал - член мой стал разряжаться. Поняв, что я кончил, Алла прекратила меня целовать и сквозь стон сказала мне:
- Ляг на кровать рядом с Антоном.
Я прилег на самом краешке. Антон, на котором все также наездницей скакала Алла, повернул ко мне голову. Наши лица почти касались. И тут уже я потянулся и впился в его губы поцелуем, обняв его за голову. Антон застонал, укусив меня за губу, потом зарычал. Тут же на него рухнула Алла, оттолкнув меня так, что я упал на пол. Но женщина схватила меня за голову, лишив парика. Потом ухватила за волосы и потянула мою голову туда, где между сильных мужских ног торчал измазанный молофьей член Антона. Я начал сопротивляться, но все же через миг пахнущая чем-то тогда для меня новым головка уперлась мне в лицо. Хватка Аллы ослабла, а потом и вовсе она освободила мою голову. Но уже я сам смотрел, как медленно ослабевает член Антона, как он падает на его живот, уменьшаясь в размерах.
- Машка, дай руку, - раздался голос Аллы. Я поднял лицо и протянул ей руку. И тут же женщина взяла мою ладонь и просунула ее между своих ног. Мои пальцы погрузились в мокрую и горячую женскую манду.
Мог ли я даже подумать о таком еще сегодня утром? А Алла вытащила мою руку и поднесла ее к моему же лицу.
- Оближи пальцы! – приказным уже тоном велела Алла. И я лизнул раз, второй, потом начал обсасывать пальцы, измазанные в молофье. А Алла уже тянула мне свою руку. – Их оближи, Машка! Все вылижи!
- Так может, ты ей дашь там все вылизать? – усмехнулся Антон.
- Не сейчас, рановато ей еще. Пусть с малого начинает. И ты ей пока не давай, милый, - с этими словами Алла прильнула в поцелуе к Антону. На миг оторвавшись, она взглянула на меня, обсасывающего ее пальчики и не сводящего с нее и Антона глаз, улыбнулась и сказала, - если ей понравилось, и она будет к нам приходить, то мы ее всему научим, да? А пока, наверное, ей хватит, - она забрала у меня свою руку и положила ее на антонов член. Потом вдруг вскочила, присев на кровати и весело предложила Антону, - а давай сфотографируем ее на память!
- А что, давай, - согласился мужчина и встал, задев при этом своим членом мое лицо.
Он так голый и вышел из спальни. Алла велела мне встать и надеть парик. Потом встала сама и привела его на моей голове в порядок. Убедившись, что я выгляжу как им надо, она взяла меня за руку и вывела в зал. Антон уже крутил в руках «ФЭД», приделывая к нему фотовспышку. И началась моя первая фотосессия в роли трансвестита. Алла то так меня поставит, то так посадит, то сама рядом со мной присядет. Она так и была нага. Потом меня поставили на колени и сфотографировали в таком положении. После чего Антон отдал хозяйке фотоаппарат и присел на диван. Фотографировать стала Алла. Антон посадил меня на колени и приобнял – Алла щелкнула. Антон повернул меня к себе лицом и поцеловал в губы – Алла щелкнула. Антон поставил меня на колени прямо лицом перед его членом – Алла присела и щелкнула.
А потом… Потом мне было велено идти в ванную и принять душ, хорошенько отмывшись. Только в душе я пришел в себя. Что я натворил! С полчаса я проплакал, потом вышел, кутаясь в полотенце. В спальне тем временем следовало повторение, но уже без моего присутствия и участия. Я оделся уже, когда из комнаты послышался голос Антона:
- Машенька, иди сюда! – голос был требовательный. Я не смог ослушаться, хотя я уже и не в образе девочки совсем был. Я вошел. Антон лежал на спине и улыбался мне, Алла лежала рядом. – Подойди сюда, Машуня, - позвал меня уже ласково Антон и похлопал по кровати рядом с собой, - присядь тут. Вот смотри, тебе мой хуй понравился же, да? Тогда подрочи мне, как ты себе дрочишь, когда за мамкой подглядываешь. Давай, не стесняйся.
И я взял двумя руками его как сталь крепкий член, начав елозить по нему вверх-вниз. Алла лежала рядом и смотрела. У меня в штанах все опять восстало. И еще у меня впервые появилось желание наклониться к этому члену и поцеловать или лизнуть его. Видимо, это не ускользнуло от внимания Аллы. По крайней мере она покачала головой, сказала «Не сейчас», отобрала у меня антонов член и взяла его в рот. Она вобрала в себя его наполовину длины. Потом стала то сосать его, то лизать, то заглатывать. Одна рука Антона лежала на моей голове, другая на голове Аллы, задавая ей темп. В какой-то миг Антон ухватил ее обеими руками и крепко сжал и тут же освободил. На Лицо Аллы, на живот Антона лилось из члена. Он схватил свой ствол рукой и стал дрочить его. Дрочил, пока не излился весь. И тогда Алла притянула мое лицо к себе и стала целовать меня в губы, в шею, в уши, в лицо.
- Подрочи, если хочешь, - шепнула она мне на ухо, - не стесняйся, Маша, дрочи! – Она освободила мой член, она же положила мою руку на него, потом присела на краешек кровати рядом с Антоном и уже властно и жестко приказала – дрочи, шлюха! Я хочу, чтобы ты кончила. Если ты не кончишь сейчас, Антон тебе жопу порвет своим хуем!
Я испугался, опустил глаза на опавший, но все еще внушительный член мужчины и стал с усердием дрочить. И через минуту я кончил, излившись на пол, попав брызгами на кровать…

Я трахаю вас и ваших жен! Начало. Часть 1
Я трахаю вас и ваших жен! Начало. Часть 2
Я трахаю вас и ваших жен! Начало. Часть 3

Автор: Михаил Шавкин <Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.>

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Афоризмы

Еще один день оказался напрасной тратой макияжа...

Последние новости

Жила была девочка Оля. И была у...

Статистика