Поделиться в социальных сетях:

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Rating 2.64 (14 Votes)

Часть 2

     Катя очнулась от сильной тряски. Открыв глаза, она не сразу поняла, где находится. Вокруг стояла непроглядная темнота, сильно пахло бензином и ужасно трясло. Постепенно её сознание прояснилось, и девушка догадалась, что находится в машине, скорее всего, в том фургоне, на котором приехала Марго.
     Попробовав пошевелиться, Катя поняла, что крепко связана. Рот был заткнут грубой тканью и несколько раз обмотан пластырем. Кроме всего, на голову ей надели плотный мешок, от которого несло пылью и гнилыми помидорами.


     Машину перестало трясти. Наверное, Марго выехала на асфальтированную дорогу и теперь, прибавив скорости, гнала автомобиль по направлению к своему жилищу. Катя перестала биться, поняв, что это бесполезно, и притихла.
 - Попробую немного подремать, - решила она, - А то девица не даст мне и минуты покоя, когда мы приедем на место.
 - Эй, соска! – раздалось откуда-то спереди, - Ты там жива?
     Девушка не ответила. Марго резко затормозила и, перегнувшись через бортик, ткнула пленницу в бок. Катя тихо замычала и заворочалась.
 - Ну-ну, - прогудела девица, - Можешь пока отдохнуть. Но скоро мы приедем, и тогда…
     Она не договорила, что же будет, когда они доберутся до места. Снова взревел мотор, и машина понеслась по дороге, увозя девушку в неведомый мир с его особыми нравами и правилами.
     Катя закрыла глаза. Сказывалась усталость и нервное напряжение, и девушка, подтянув ноги к груди, забылась тяжелым беспокойным сном.

 - Приехали! – заскрипели тормоза.
     Хлопнула дверца. Катю обдало холодным сырым воздухом. Через плотную ткань мешка, надетого на голову, просочилась вонь застоявшейся болотной воды. Марго выволокла невольницу за ноги из фургона и, взвалив на плечо, понесла, громко пыхтя и чертыхаясь.
 - Стоять, соска, смирно! – скомандовала девица.
     Катя замерла, боясь потерять равновесие. Щелкнул замок, и заскрипела входная дверь. Марго снова подхватила девушку и внесла в дом. Запах болота сменился застоявшимся смрадом дури, прокисшего вина и продуктов, давно исчерпавших срок реализации.
     Новоиспеченная госпожа плюхнула свою пленницу на диван и сама приземлилась рядом. Переведя дух, она стащила с Кати мешок. Девушка, похлопав глазами, чтобы привыкнуть к освещению, осмотрелась и поняла, что тот беспорядок, который девица устроила в комнате, гостя у матери, лишь жалкая копия настоящего бардака, который царил в этом доме.
 - Ну, как? – Марго явно хотела произвести впечатление на свою служанку, - Нравится моё жилище? Чего молчишь? Отвечай, когда тебя спрашивает госпожа!
 - М-м-м! – Катя замотала головой.
 - Мычишь, как корова, - разозлилась девица, - Но рот я тебе всё равно не освобожу, пока не буду уверена, что ты полностью мне покорилась. Будешь покорной, соска?
     Марго схватила Катю за волосы:
 - Будешь? Или я тебя исполосую плетью, как зебру!
 - Угу, - девушка кивнула головой.
 - Посмотрим, - девица оставила рабыню в покое, отпустив волосы, - Полежи пока здесь.
     Марго куда-то ушла, оставив Катю связанной на диване. В окно пробились первые лучи, но тепла с собой они не принесли. Из открытого окна гостиной несло гнилой водой болота, затхлой травой и квашеной капустой.
     Девушка лежала, не шевелясь. От этого руки и ноги затекли, но менять положение она боялась. А вдруг хозяйка наблюдает за ней из какого-нибудь укромного местечка. Еще выскочит с плетью и отделает по первое число.
     Марго вернулась минут через тридцать. Её размалеванное лицо сияло от радости. Майки на ней не было, и Катя заметила около стоявших торчком сосков два фиолетовых засоса.
 - Так! – девица развязала Кате ноги, - будем переодеваться. Но сначала я тебя побрею. Твои волосы слишком длинные.
     Схватив невольницу за плечо, она поволокла её в ванную комнату. Усадив на табурет, Марго достала из шкафчика машинку, какими обычно пользуются парикмахеры, и, приказав сидеть смирно, стала сбривать волосы с головы. Катя сначала сопротивлялась, но, получив пару затрещин, притихла и лишь тихо скулила, как побитая собака, видя, как её каштановые волосы падают на пол.
     Марго работала быстро, но аккуратно, и вскоре вся голова девушки
была похожа на бильярдный шар. Катя взглянула на себя в небольшое зеркало и, не удержавшись, разревелась в голос. Но госпожа даже бровью не повела. Орудуя длинными тонкими ножницами, быстрыми и точными движениями она срезала пластырь, стягивавший рот рабыни, но тряпичную затычку вынимать не стала.
     Достав из ящика уродливый кожаный шлем, она натянула его на голову Кати и застегнула на шее широкий ошейник, зафиксировав его маленьким замочком, чтобы невольница не смогла его снять.
 - Сидеть тихо, соска! – приказала она и добавила, - Запорю!
     Девушка съежилась от страха и замерла, боясь шелохнуться. Марго долго рылась в ящиках, но, наконец, видимо, нашла, то, что искала. Подойдя к Кате сзади, она одним рывком вытащила из её рта тряпку и тут же затолкала жесткий резиновый шар, прикрепленный к плотной кожаной накладке.
     Затянув на затылке ремни, госпожа оглядела невольницу со всех сторон и слащаво улыбнулась, удовлетворенная своей работой. 
 - Шлем будешь носить постоянно, - торжественно объявила она, - А твой милый ротик я раскупорю, когда мне что-нибудь захочется.
     Катя увидела в зеркале своё изображение и тихо заскулила. Её голова теперь была похожа на уродливый набалдашник, возвышавшийся над туловищем, бесформенный, с двумя небольшими прорезями для глаз.
 - Встать, соска! – крикнула Марго и подстегнула девушку стеком, - Одеваться!    
     Катя, как ужаленная, подпрыгнула с табурета. Марго освободила ей руки, и рабыня, путаясь в том немногом, что не ней было одето, стала стягивать с себя пропахшую бензином и потом одежду. Девица, щурясь от радости, наблюдала за девушкой и, как тюремная надзирательница, подгоняла её отрывистыми окриками и своим хлыстиком, не давая возможности остановиться хоть на секунду.
 - Встать здесь! – приказала Марго, когда Катя полностью освободилась от одежды.
     Девушка, ежась от холода и страха, встала к кафельной стене и заложила руки за голову. Госпожа взяла в руки длинный шланг и стала обливать рабыню еле теплой водой, при этом хохоча во всё горло, когда та подпрыгивала от струи, направленной то между её ног, то попадавшей по грудям.
 - Душ-шарко! – поясняла девица, - Полезен для здоровья и для воспитания непослушных рабынь!
     Экзекуция продолжалась минут десять, и Катя успела в полной мере "насладиться" этой процедурой. К тому же, она еще и замерзла и теперь вся тряслась от холода, моля Б-га, чтобы эта пытка побыстрее закончилась.
 - Утрись, соска! – Марго выключила воду и бросила девушке кусок мешковины, - Давай, поторапливайся! Жрать хочу.
     Мешковина была жесткой и колючей, но чистой, и Катя, скрипя зубами, вытерлась, как могла. Марго, ехидно улыбаясь, поманила её пальцем.
 - Мамашка сказала, что этот дебил лишил тебя невинности, - прогудела она, понизив голос, - Так что этот аксессуар тебя не испугает. Надевай.
     Она бросила Кате в руки узкие резиновые трусики с двумя затычками, вшитыми в перемычку. Девушка никак не могла понять, для чего они нужны, но Марго, орудуя хлыстом, подгоняла её, и рабыня с трудом натянула на себя эту странную для неё одежду. Обе затычки "нашли" предназначенные для них отверстия и без особого труда проскользнули внутрь. Девица осмотрела невольницу и сама подтянула лямки, еще глубже вогнав затычки в неразработанные норки.
 - Пройдись, соска! – приказала она.
     Катя сделала несколько шагов и поняла всё коварство этой детали её новой одежды. Пластиковые затычки стали тереться о стенки, возбуждая девушку. Даже когда Катя останавливалась, ощущение наполненности не давало ей покоя. Очень скоро появился легкий зуд в сосках, защекотало под грудями.
     Марго протянула пленнице платье, сшитое из тонкого черного латекса. Катя втиснулась в него, и материя в ту же секунду "облепила" её тело со всех сторон. Теперь при любом даже самом малом движении возбуждались не только обе щелки, но и грудь. А госпожа выдала Кате фартук с нагрудником, который елозил по соскам, добавляя огня.
 - Руки! – крикнула девица и надела на запястья браслеты, сцепленные небольшой цепочкой.
     Та же участь постигла и ноги. Теперь Катя была закована, как самая настоящая каторжанка. Марго всучила девушке туфельки-балетки и погнала на кухню.
 - Приготовь мне завтрак, соска, - распорядилась она, развалясь на стуле, - Госпожа жрать хочет!  А ты свой завтрак еще не заслужила. 
     Катя принялась за дело. Вскоре на столе появились сэндвичи с сыром и ветчиной, проложенной листьями шпината, большая чашка с ароматным кофе и кувшинчик со сливками. Марго, ухмыляясь и щурясь, начала уплетать завтрак за обе щеки.
 - Свари кашу, - приказала она.
     Служанка, недоумевая от удивления, выполнила приказание. Глядя на обилие еды, у неё засосало под ложечкой, но госпожа и не думала распаковывать ей рот. Наоборот, девица то и дело отпускала в адрес Кати всякие обидные слова, дразнила её, крутя перед носом недоеденным бутербродом, театрально нюхала кофе.
     Наигравшись, она велела невольнице переложить кашу в алюминиевую миску и следовать за госпожой. Они спустились в сырое подвальное помещение, и Марго отперла тяжелую металлическую дверь. Кате в нос сразу ударил спертый воздух, наполненный запахами пота, перестоявшей спермы и человеческих испражнений, которые долго не убирали.
     Из темноты подземелья доносились тихие шорохи и приглушенное мычание. Госпожа включила свет. В углу возле стены в плотном кожаном мешке лежала девушка. Катя поняла это по двум холмикам, торчавшим спереди. Голова пленницы была затянута в блестящий резиновый шлем, а рот закупорен огромным шаровидным кляпом, от которого к затылку тянулись ремни. Еще один ремень был пропущен под подбородком и стягивал рот снизу для большей надежности. Марго ткнула невольницу ногой, и девушка зашевелилась и застонала.
 - Это, - Марго, присев на корточки, погладила девушку по голове рукой, - Моя рабыня. Когда-то она была фотомоделью, но я украла её и посадила в этот подвал. Она очень строптивая, поэтому, я никогда её не выпускаю отсюда.
     Госпожа потянула за молнию, и служанка увидела большую немного отвисшую грудь. Соски были сжаты металлическими зажимами, соединенными тонкой цепочкой. Еще одна цепочка тянулась к низу живота и была закреплена, вероятно, на клиторе. Девица потянула за неё, и пленница жалобно замычала и забилась, как рыбка, попавшаяся на крючок.
 - Смешно, правда? – спросила Марго, - Я иногда развлекаюсь с ней, но эта игрушка мне уже надоела. Думаю продать её кому-нибудь. Только вряд ли такую потасканную куклу захотят купить. Ну, и хрен с ней. А пока она здесь, ты, соска, будешь её кормить и убирать за ней дерьмо. Понятно?
 - Угу, - Катя почувствовала, что у неё кружится голова, и она вот-вот упадет.
     Она даже представить себе не могла, что эта взбалмошная девица способна на такое злодеяние. Катя застыла на месте. Слова, сказанные Марго, потрясли девушку до глубины души. А что, если и её продадут когда-нибудь?! Катя даже поёжилась от этой мысли. Не раз она слышала по телевизору, что такое случается даже сейчас. Человек исчезает без следа, а потом обнаруживается, что его продали в самое настоящее рабство.
 - Ты что, заснула, соска? – прикрикнула на неё Марго. – Вытащи кляп и корми! Потом снова заткнешь ей рот. Не забудь! Выпорю!
     Служанка присела на корточки перед несчастной пленницей. Расстегнув ремешок, она осторожно извлекла изо рта кляп и вытерла рукой слюни, скопившиеся на губах. Девушка сразу же тяжело задышала и начала облизывать языком припухшие белесые губы.
 - Кто ты? – спросила она.
     Катя заметила, что говорить девушке трудно из-за того, что её рот долгое время был плотно заткнут, и язык и скулы занемели. Прислонив бедную невольницу к стене, она начала кормить её с ложечки. Девушка набросилась на пресную кашу, как на изысканный деликатес, словно она давно ничего не ела. Видя это, служанка расплакалась и чуть не уронила на пол миску.
 - Не плачь, девочка, - грустно сказала пленница, - Не показывай этой гадине свою слабость. Она этого не достойна.
 - Угу, - мотнула головой Катя, но слезы всё равно продолжали капать из её глаз.
***
     Шли дни, похожие один на другой. Постепенно Катя привыкла к затычкам и почти не обращала на них внимания. Они стали для девушки чем-то обыденным, не доставляющим ни радости, ни неудобств. Хуже дело обстояло с кляпом. Но и тут скоро выручила привычка. Девушка научилась шевелить скулами, и рот её не так сильно затекал. А о кандалах и вовсе можно было забыть. Служанка научилась двигаться так, что они почти не звенели.
     Но вот Катина грудь не хотела подчиняться. Соски терлись о нагрудник и начинали зудеть всякий раз, когда девушка ненароком задевала ими обо что-то. Сразу же по телу разливалась теплота, наступала вязкая истома, и служанка вынуждена была на несколько минут прекратить свою работу, чтобы успокоить разбушевавшуюся плоть. Она садилась на высокий табурет и тихонько вдавливала затычки в свои дырочки. Подсунув руки под нагрудник фартука, она гладила соски, чтобы ускорить приближение оргазма, и мысленно молила Б-га, чтобы хозяйка не позвала её в эти минуты или не увидела, чем она занимается вместо работы.   
     Марго не очень заботилась о том, устала ли её рабыня, хочет ли она есть или пить, спала ли она ночью. Девица была полностью поглощена своими заботами, а именно – получить максимальное удовольствие.  В этом она была неутомима и всё время придумывала что-то новенькое.
     Она могла средь бела дня, накурившись дури, уволочь Катю в свою спальню и там часами с ней развлекаться. Но после этого госпожа отправляла измотанную до предела служанку вовсе не отдыхать, а заниматься уборкой, готовкой или какой-либо другой тяжелой работой. Сама же нежилась в постели, пока ей в голову не приходила очередная блажь.
     Но самым страшным для Кати были дни, когда госпожа приводила в дом друзей, таких же бездельников и лоботрясов, как и сама она. Шумные пьяные оргии затягивались далеко за полночь. Девушку гоняли из комнаты в комнату, заставляя ублажать гостей, нередко били или подвергали откровенным пыткам. Служанка несколько раз теряла сознание, но не в меру разошедшиеся извращенцы, особенно дамы, быстро и умело приводили её в чувства, и всё начиналось сначала.
     Один раз девушка даже попыталась покончить с собой, но кто-то в последний момент выхватил из её рук кухонный нож, а потом Марго, раздев невольницу догола и привязав к столбу в гостиной, исполосовала Катю плетью, при этом приговаривая, что только она будет решать, сколько служанке жить.
     Два раза в день Катя спускалась в подвал, чтобы покормить невольницу. Та, заслышав её шаги, начинала ворочаться и тихо мычать. Служанка стаскивала с девушки мешок, раскупоривала рот и терпеливо кормила её. Нередко ей удавалось пронести в камеру кусочек яблока или груши, немного фруктовой воды. А однажды, когда Марго напилась до беспамятства и отрубилась в своей спальне на несколько часов, Катя стянула со стола недопитую бутылку вина и кое-какую закуску.
 - Ты смелая девушка, - немного захмелев, сказала пленница, - Жаль, что мы не можем поговорить.
 - Угу, - только и смогла промычать служанка, потрогав свой закупоренный ротик.
 - Но мы что-нибудь придумаем, - не унималась невольница.
 - Ум, - пожала плечами Катя, позвенев цепями.
     Выходя в тот день из подвала, Катя впервые задумалась о побеге. Эта мысль не покидала её весь оставшийся вечер. Даже Марго заметила, что её служанка стала какой-то задумчивой и заторможенной.
 - Эй, соска! – госпожа огрела девушку по щеке, - Ты че? О чем мечтаешь, сучка? А-ну, соси как следует! Я чуть не заснула!
 - Да, госпожа, - встрепенулась Катя и принялась вылизывать промежность с удвоенной силой.
     Госпожа отпустила служанку рано, но девушка почти всю ночь не могла сомкнуть глаз. Она обдумывала план побега.
 - Но для этого необходимо разыскать ключи от кандалов своих и той девушки в подвале.
     Найти ключи в бедламе, который царил в доме, было делом нелегким. К тому же, Марго была человеком непостоянным и могла бросить их в любое место, а потом попросту забыть, что нередко случалось даже с её собственными вещами. Но Катя не падала духом и сосредоточенно обдумывала детали, стараясь учесть любую неожиданность. Ведь теперь она была не одна, и самая маленькая ошибка могла стать роковой не только для неё самой, но и для той пленницы из подвала.
     Но была одна трудность, разрешить которую Катя пока не могла. В первое посещение подвала, когда стащила с невольницы мешок, служанка увидела, как та истощена. От долгого лежания руки и ноги стали похожи на тонкие палки, обтянутые кожей. Кое-где от испражнений на теле образовались язвы. Ступни шелушились, и девушка вряд ли сейчас могла ходить самостоятельно.
 - А ведь придется как-то "успокоить" госпожу, - подумала Катя, - А она сильная. А если еще накурится "травки", с ней вообще справиться будет невозможно.
     Всю ночь она не могла уснуть, обдумывая, как же быть. Но ничего толкового в голову не шло, и девушка задремала, свернувшись калачиком на своей подстилке.   

     В это утро Марго поднялась раньше обычного. Пока она слонялась по дому, разыскивая свои вещи, Катя успела приготовить завтрак. Госпожа покрутила носом и даже не притронулась к еде. Сказывались последствия вчерашней пьянки. Высосав банку пива, девица натянула свой повседневный наряд и уехала, громко хлопнув дверью.
 - Пора, - решила служанка и быстро направилась в комнату хозяйки.
     Перерыв все ящики и полки, но ничего не найдя, девушка присела на край кровати и чуть ли не заплакала от досады. Вдруг что-то металлическое звякнуло под матрасом. Катя опустилась на колени и увидела небольшую связку ключей, висевших под решеткой кровати.
     Немного повозившись, она сняла связку и, прихватив с собой бутерброды и кофе, предназначенные для госпожи, бросилась в подвал. Девушка уже ждала её, развернувшись лицом к двери. Увидев ключи, она радостно замычала и закивала головой. Но Катя не стала расковывать пленницу, а лишь откупорила ей рот, чтобы покормить.
 - Освободи меня, - настаивала невольница, дергая скованными за спиной руками.
 - У-у, - покачала головой служанка.
 - Ты, корова! – завопила девушка, - Я ждала этого дня столько времени!
 - У, - Катя приложила палец к своему заткнутому рту.
     Повозившись с ремешком, она сумела расстегнуть кляп.
 - Не шуми, - тихо сказала служанка, - Еще не время. Марго куда-то уехала, но, я думаю, скоро вернется. А нам нужно подготовиться. Ты согласна со мной?
 - Ну, да, - нерешительно ответила девушка.
 - Так вот, - Катя снова закупорила пленнице рот, - Сейчас я верну ключи на место. А когда всё подготовлю, дам тебе знать. И мы с тобой сбежим отсюда.
 - Угу, - теперь уже ответила девушка и кивнула в знак согласия.
     Закончив все дела, Катя вернулась в комнату госпожи и приладила ключи на прежнее место. Марго еще не вернулась, и служанка спустилась в гостиную, чтобы прибраться. Подойдя к окну, она увидела, что под окнами зеленеет никем не кошеная трава. Немного поглядев на этот естественный газон, Катя вдруг увидела несколько розоватых цветочков, сиротливо торчавших почти у самой стены.
 - Бабушка говорила, - вспомнила девушка, - Что эти цветы вызывают крепкий сон и называются "дурман-травой". Вот бы попробовать достать их.
     Окно оказалось незапертым и легко открылось внутрь, но с наружной стороны была толстая решетка. Девушка уселась на подоконник и попыталась дотянуться до цветов. Сначала у неё ничего выходило, но настойчивость всегда приводит к победе. Пальцы нащупали тонкие прохладные стебли и, ухватившись за них, потянули.
     Лишь несколько цветков удалось сорвать Кате, но этого было достаточно, чтобы свалить с ног крепкого человека. Девушка спрятала их под подстилкой и принялась за уборку, бормоча лишь одну фразу:
 - Только бы Марго не продала свою пленницу в ближайшую неделю!

     Госпожа вернулась поздно и в изрядном подпитии. Её размалеванное во все цвета радуги лицо светилось от радости. Майка неизвестного природе цвета была заляпана красными пятнами, к нижней губе прилип окурок самокрутки. Волосы стояли торчком.
     Прямо с порога Марго приказала Кате идти в спальню и приготовиться.
 - Будем веселиться! – заявила она, - Скоро я стану очень богатой!
 - Неужели её мать померла, - первое, что подумала служанка.
 - Я нашла лоха, который согласился купить вас обеих, соски, по очень выгодной цене! – Марго с размаху опустилась в кресло и, запрокинув голову, вылакала сразу треть бутылки красного вина, которую держала в руках.
     Катя похолодела от страха. Эта стерва опередила. Теперь они попадут к новому хозяину и уже никуда не сбегут.
 - Стоп! – служанка вдруг встрепенулась, - Может быть, у них еще есть немного времени.
 - Покупатель приедет через десять дней, - продолжала Марго, - За это время ты, соска, должна привести ту девку в божеский вид. Я немного расписала вас, как красоток. Ну, с тобой проблем нет, а вот с ней…
     Госпожа запустила палец в свою гриву. Но обилие спиртного и природный недостаток мозгов не смогли родить ни одной достойной мысли, и девица, махнув рукой, оставила эту затею. Взглянув на Катю мутными от долгого запоя глазами, она разразилась громким надрывным смехом.
     Девушка вздохнула с облегчением. Это значило, что теперь она должна привести пленницу в нормальный вид, а для этого потребуется много сил. Но Катя уже знала, как действовать. Она вспомнила, как однажды их сосед, упав с крыши, повредил спину. Долго он не мог встать, но потом приехал какой-то доктор и за неделю поднял его на ноги с помощью массажа. Катя была при этом и хорошо запомнила все действия целителя. Теперь настал её черед.
 - Эй, соска! – госпожа уже валялась на кровати в одних сапогах, - Лизать госпожу!
 - М-м, - промычала Катя, давая понять, что с заткнутым ртом ничего не получится.
 - Мать твою, - выругалась Марго, - Ко мне! Давай сюда морду!
     Она сорвала с девушки кляп и отбросила его в сторону. Снова развалившись на подушках, она проорала что-то неопределенное и раскинула ноги в разные стороны.
     Катя пристроилась на кровати и принялась за дело. Теперь ей нужно было очень постараться, чтобы девица не рассердилась и не выкинула какой-нибудь фокус. Служанка старательно вылизывала её промежность, от которой несло прокисшей мочой и спермой. Видно Марго уже успела с кем-то перепихнуться между делами.
     Госпожу развозило всё больше, и Катя это чувствовала по затихающим рывкам тела. Вскоре раздался мерный храп. Марго отрубилась, так и не достигнув желаемого наслаждения.
     Осторожно соскользнув на пол, девушка, придерживая свои цепочки, вышла из комнаты. Она спустилась в подвал и открыла дверь камеры. Свет включать не стала, и на ощупь пробралась к стене. Пленница забарахталась и развернулась к служанке лицом.
 - Тс, - попросила Катя, - Я скажу тебе только два слова и сразу же уйду.
 - Угу, - промычала девушка.
 - У нас есть всего неделя, - зашептала Катя, - За это время я должна подготовить тебя к продаже.
 - М-м! – невольница заерзала на полу.
 - Тише, прошу тебя, - служанка погладила подругу по голове, - Эта гадина и меня хочет продать. Но мы убежим раньше. А теперь слушай. Всё, что я скажу делай без споров. Иначе быть нам рабынями до конца наших дней. Поняла?
 - Угу, - кивнула пленница.
 - Утром поговорим, - Катя наклонилась и нежно поцеловала девушку в щеку.
     Вернувшись в комнату госпожи, служанка уже хотела лечь на свою подстилку, как вдруг заметила, что Марго таращится на неё шальными глазами.
 - Ты где была, соска? – спросила она хриплым голосом.
 - Мне показалось, госпожа, - Катя состроила невинную мордашку, - Что вода на кухне капает. Вам спать будет мешать.
 - А-а. Ну? – девица сладко зевнула, - Капает?
 - Нет, госпожа, - девушка встала рядом с постелью, - Я её закрыла еще вечером, когда посуду мыла.
 - У тебя че? Глюки? – усмехнулась Марго.
 - Не знаю, госпожа, - пожала плечами Катя.
 - Тогда иди спать, соска, - и девица снова захрапела.
     Девушка, устроившись на жесткой циновке, пощупала, на месте ли пучок травы. Он уже немного подсох и скоро будет готов к употреблению. Служанка подложила под голову локоть и вскоре крепко заснула. Ей надо было набраться сил, а сон, как известно, лучшее для этого средство.
***
     Неделя тянулась невыносимо долго, но Катя надеялась, что успеет подготовить подругу к побегу. Выпросив у госпожи разрешение, она вынимала пленницу из мешка и долго массировала ей руки и ноги. И вскоре они начали приобретать плотность, а под действием определенных снадобий, которые девушка сама готовила, язвы и пролежни зарубцевались и уже не беспокоили.
     Зажимы с грудей и клитора тоже были сняты, и теперь подруга чувствовала себя намного лучше. Катя, по распоряжению Марго, готовила для неё более калорийную пищу с мясом и овощами.
     Не забывала служанка и про "дурман-траву". Во время отсутствия госпожи ей удалось сорвать еще несколько цветков, и теперь они сохли вместе с первым пучком под потолком в кухне, куда хозяйка предпочитала не наведываться.
     И вот настал день, который Катя определила, как начало операции. Утром, покормив пленницу, она шепнула ей, чтобы та была готова. Вернувшись на кухню, девушка достала засушенный букетик и залила его крутым кипятком. Теперь оставалось только ждать, когда госпожа попросит попить что-нибудь после очередной попойки.
 - Соска! – раздался голос Марго, - Пить хочу! Принеси чего-нибудь.
 - Да, госпожа, - девушка подхватила графин с розоватой жидкостью и помчалась в её комнату.
     Марго пила долго и жадно большими глотками, иногда на несколько секунд отрываясь от стакана, чтобы перевести дух. Потом она вновь наполняла бокал и присасывалась к нему. Через несколько минут огромный пузатый графин был пуст, а Марго с раздутым животом лежала на кровати и блаженно улыбалась.
 - Че это? – еле ворочая языком спросила девица, - Вкус странный. Тухлятиной отдает.
 - Морс, госпожа, - невозмутимо ответила служанка, - Из свежих ягод.
 - Да? – хозяйка прищурила глаз, - Ну, ладно, соска. Пошла прочь, я спать буду.
 - Да, госпожа, - Катя направилась к двери.
 - Когда проснусь, - уже вялым голосом распорядилась Марго, - Приведешь мою рабыню. Покажешь, что ты с ней сделала.
 - Да, госпожа, - служанка улыбнулась, - Вы будете довольны и удивлены.
     Девица что-то промямлила в ответ, и вскоре по комнате разнесся её басовитый храп. Катя выждала еще пару минут, потом подошла к кровати и толкнула госпожу в бок. Та даже не пошевелилась. Тогда девушка опустилась на колени и сняла с кольца связку ключей, которую обнаружила несколькими днями раньше.
     Теперь нужно было спешить. Спать Марго будет не больше шести часов, это в лучшем случае. За это время предстоит сделать очень многое. Но самым главным было, как можно скорее, освободить пленницу.
     Катя пробралась в подвал и зажгла свет. Теперь таиться не было смысла. Не говоря ни слова, девушка вытащила пленницу из мешка и освободила ей рот. Покопавшись с замками, ей удалось отомкнуть один из браслетов, сковывавших руки подруги.
 - О-ох, - девушка еле двигала затекшими конечностями.
 - Погоди, не мешай мне, - попросила Катя.
     Браслеты с лодыжек соскочили быстрее, и невольница попыталась встать на ноги. Её худое тело не слушалось, и она, покачнувшись, сползла на пол. Трясущимися руками девушка стянула с головы резиновый шлем. У Кати непроизвольно вырвался крик. На неё смотрела лысая голова с впалыми щеками и ввалившимися глазницами. На некоторых местах некогда красивого личика отчетливо были видны бурые пятна. Сырость, пот и резина сделали своё черное дело – изуродовали девушку до неузнаваемости, превратив в дряхлую старуху.
 - Ничего, милая, - попыталась улыбнуться пленница, - Через пару месяцев всё восстановится.
     Глотая слезы, Катя стала расковывать свои оковы. Освободившись от них, она попыталась разомкнуть замок на ошейнике, чтобы снять шлем. Ключ никак не хотел подходить к замку, и девушка загрустила.
 - Ну-ка, дай мне попробовать, - предложила она.
     Щелкнул замок, и кожаный ошейник полетел на пол вместе со шлемом. Служанка вопросительно посмотрела на подругу.
 - У тебя всё в порядке, - сказала невольница, - Немного похудела, а так – в пределах приличия.
     Катя вздохнула с облегчением. Одним движением она сорвала с себя фартук и отбросила в угол комнаты. Задрав подол, девушка стащила трусики.
 - Забавная игрушка, - усмехнулась пленница, - Надо бы вернуть хозяйке.
     Пошарив вокруг, она нашла и зажимы для грудей, и свой кляп, и кандалы. Пока Катя стаскивала платье, она еще раз попыталась встать на ноги. На этот раз ей удалось удержаться. Служанка подставила подруге плечо, и они направились к выходу.
 - Тебя как зовут-то, девушка? – спросила невольница.
 - Катя, - служанка крепче обхватила подругу за талию, - А тебя?
 - Зоя. Вот и познакомились.

     В доме было тихо. Девушки пробрались в гостиную.
 - Здесь всегда такой разор? – спросила Зоя.
 - Это еще относительно чисто, - усмехнулась Катя, - После ухода друзей тут дым коромыслом стоит. Я всю ночь грязь выгребаю.
 - Сколько эта мымра еще продрыхнет, - подруга огляделась вокруг, - Не хотелось бы встретиться с ней вот так.
 - Часа два гарантирую, - уверенно ответила служанка, - Я дозу не вымеряла, но она выхлестала целый графин.
 - Сходи на кухню и принеси соль или перец, - Зоя загадочно улыбнулась, - Я хочу отблагодарить эту гадину за гостеприимство.
     Прихватив с собой мешок с «аксессуарами», она, пошатываясь, направилась в спальню Марго, чутко прислушиваясь к любому шороху. Осторожно открыв дверь спальни госпожи, девушка заглянула внутрь. В нос ударили ароматы недавней пьянки и её последствий. Прикрыв нос рукой, она вошла в комнату.
     Госпожа лежала в постели в одних сапогах. Её огромный рот был распахнут на полную ширину, словно девица собиралась что-то крикнуть, но в последний момент передумала, а рот забыла закрыть. Руки были раскинуты в стороны.
     Зоя осторожно завела руки хозяйки за решетчатую спинку и быстро сковала наручниками. Стащив с её ног сапоги, девушка стала натягивать на Марго резиновые трусики. Войдя в комнату, Катя в недоумении остановилась, еще не понимая намерений подруги.
 - Принесла? – шепотом спросила Зоя.
 - Вот, - служанка протянула перечницу и солонку.
 - Посмотри в шкафу какую-нибудь одежонку, - велела подруга, - Если появимся на улице нагишом, нас могут неправильно понять.
     Пока Катя рылась в гардеробе, выискивая одежду для себя и своей напарницы, Зоя обильно пересыпала затычки солью и перцем и натянула трусики на худые бедра Марго. Для страховки она еще надела на неё сбрую, сделанную из толстой бельевой веревки. Теперь обе затычки плотно угнездились в положенных им местах. Еще раз проверив надежность, девушка приковала ноги госпожи к углам кровати.
 - Приподними ей голову, - попросила она Катю.
     Оторвав от простыни большой кусок, Зоя затолкала материю в распахнутый рот Марго. Придерживая затычку пальцем, девушка вставила резиновый шаровидный кляп и затянула ремни.
 - А она не задохнется? – с тревогой спросила Катя.
 - Не велика потеря, - усмехнулась Зоя, - Не волнуйся. Я же не задохнулась. Подложи ей под голову подушку.
     Служанка осторожно подсунула под лохматую голову девицы небольшой валик и отскочила в сторону.
 - Осталась сущая ерунда, - Зоя натянула на себя джинсы, которые оказались ей велики.
     В это время Марго шевельнулась и открыла глаза. Девушка состроила гримасу и склонилась над своей мучительницей. Девица захлопала глазами и задергалась на постели. Она не могла понять, кто это стоит над ней с изуродованным лицом и торчащими костями. Постепенно разум госпожи пришел в норму, и она издала долгий приглушенный стон.
 - Узнала меня, стерва? – Зоя схватила свою бывшую хозяйку за подбородок, - Вижу, что узнала. А я тебе подарок приготовила.
     Девушка потрясла перед носом ошарашенной девицы цепочку с зажимами. Марго жалобно замычала. Её глаза расширились от страха, и на них появились слезы. Катя, не в состоянии смотреть на эту страшную сцену, отвернулась.
     Грудь Марго была очень маленькой, почти не развитой, но соски были огромными и торчали, как две пипетки. Зоя укрепила на них зажимы и затянула пружины так сильно, что девица взвыла от боли. Не обращая внимания на стоны госпожи, девушка оттянула резинку трусиков и закрепила третий зажим на выползшем из своего укрытия клиторе.
 - Вот теперь ты в полном порядке, киска! – рассмеялась она, - Лежи и наслаждайся. Может быть, вспомнишь меня, сука. Я бы на тебя еще и шлем напялила, но уж больно хочется посмотреть на твою довольную рожу.

     Незаметно наступили сумерки. Включив небольшой светильник, Зоя сидела перед зеркалом и накладывала на лицо макияж. Катя с интересом следила, как девушка легко управляется со всеми этими  кисточками, карандашиками, ватками, тампонами. Она удивленно раскрыла глаза, когда изможденное осунувшееся лицо преобразилось и теперь выглядело вполне привлекательно.
 - Нам бы найти какие-нибудь парики, - сказала Зоя, - А то первый же пост ДПС нас повяжет. И неплохо бы деньжат поискать.
 - Там в углу лежит сумка Марго, - Катя кивнула на бесформенный мешок, с которым госпожа обычно выходила из дома.
 - Нам следует дождаться темноты, - продолжала давать советы девушка, - В доме есть что-нибудь пожевать? Я немного проголодалась.
 - Сейчас посмотрю, - Катя вышла из комнаты.
     Зоя отложила в сторону помаду, которой подводила губы и обернулась. Марго лежала на кровати, не шевелясь. Из заткнутого рта еле слышно доносились сдавленные стоны. Было видно, что девица испытывает сильную боль, но изо всех сил сдерживается, чтобы не кричать. Но больше всего Марго страдала от того, что её перехитрили. Девушка медленно встала и подошла к кровати.
     Присев на край, она посмотрела на свою бывшую хозяйку. В её взгляде уже не было гнева, а только сожаление. Марго закрыла глаза, но всё равно слезы текли по щекам, размазывая тушь.
 - Ну, что, госпожа? – тихо сказала Зоя, - Не ожидала, что власть сменится? А ведь мы когда-то были лучшими подругами. Мы сидели с тобой за одной партой, и ты списывала у меня контрольные. А помнишь, как ты вся в синяках прибежала ко мне домой? Это твоя мамаша отлупила тебя за то, что ты стянула у неё деньги. Помнишь?
 - Угу, - промычала Марго.
 - А я потом тебя смазывала зеленкой, а ты визжала от боли, - продолжала девушка, - А потом мы с тобой забрались в постель, и ты клялась мне в вечной преданности. А я тебе верила. Но уже тогда ты начала задирать хвост. Уже тогда ты возомнила, что тебе всё дозволено. Уже тогда у тебя начали проявляться садистские наклонности. И когда у вас в доме появилась служанка, та белобрысая, как ты её называла, вы с твоим дебилом-братцем начали над ней издеваться. Это уже потом твоя мать придумала красивую сказочку про то, как эта девушка пристрастила тебя к дури, и она её выгнала. Но правда заключается в том, что девушку никто не выгонял. Она повесилась, не выдержав издевательств и побоев. И та всё это видела, а потом с наслаждением мне рассказывала, смакуя каждую деталь.
     Зоя не видела, как открылась дверь комнаты, и на пороге появилась Катя. Девушка стояла в дверях, зажав рот ладошкой, чтобы не закричать. Она была вся бледная, её ноги подкашивались, и лишь дверной косяк не давал служанке упасть.
 - Вы выбросили её тело в болото, - продолжала Зоя, - А твоя мамаша начала искать новую жертву. И вот появилась Катя. В первый же день знакомства ты унизила бедную девочку. Но ты этого не понимала. Как же. Ты же госпожа, отпрыск богатого папы, а она – деревенская простушка. Ведь так тебе говорила твоя мать?
     А со мной как ты поступила? И всё из-за чего? Ты всегда завидовала мне. Я была красивей тебя, пользовалась успехом у молодых людей из приличных семей. А в твоей компании были отморозки да наркоманы. Вот ты и подослала ко мне двух таких. И издевалась надо мной, потому что не могла пережить, что я выбилась в люди, стала топ-моделью, а ты до сих пор клянчишь деньги у мамаши.
     Ну, хватит лирики. Ночью мы уедем, и я тебе обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы ты и твоя мамаша оказались за решеткой. А если по какой-либо случайности этого не произойдет, я сама раздавлю тебя, как блоху. И пусть меня потом судят.
     Тяжело дыша, Зоя встала с кровати и быстро вышла из комнаты. Катя едва успела отскочить в сторону.
 - Ты всё слышала? - спросила девушка служанку.
 - Да, - Катя от волнения еле ворочала языком, - Это чудовищно!
 - Успокойся, девочка, - Зоя прижала подругу к своей груди, - Эта дрянь больше никому не причинит вреда, а я сдержу слово.

     Они сидели на кухне до самой ночи.
 - Нам пора, - Зоя достала из кармана джинсов платок и навояла на голове причудливое сооружение, - Нравится?
 - У меня тоже есть платок, - сказала Катя, - Сделай мне такую же.
     В последний раз девушки осмотрели дом и вышли на улицу. Машина Марго стояла во дворе. Зоя покопалась с зажиганием и запустила двигатель.
 - А мне её жаль, - вздохнула Катя, - Может быть, не нужно было так жестоко с ней поступать?
 - Это сделала я, - твердо сказала Зоя, - Твоя совесть чиста.
***
     Был ясный солнечный день. При полном штиле море выглядело, как голубое зеркало, и только круги от сидевших на воде чаек создавали легкую рябь.
     Катя лежала в шезлонге, подставив южному солнцу своё молодое тело.
 - Осторожно! – раздался рядом незнакомый голос, - Так можно и сгореть!
 - Не беспокойтесь, - девушка открыла глаза, - Кто Вы?
 - Да-а, - перед ней стоял молодой человек невысокого роста, чуть полноватый с огромной рыжей курчавой шапкой на голове, - Вы меня не узнаете?
 - Рудик? – Катя чуть не свалилась с лежака, - Что ты здесь делаешь, и чего тебе от меня нужно?
 - Я Вас искал все эти годы, - без смущения ответил парень, - И вот недавно узнал, что Вы едете отдыхать в Анталию. Ну, я тоже поехал сюда.
 - Зачем?
 - Мне нужно с Вами поговорить, - Рудик вдруг стал по-взрослому серьезным, - Если Вы пожелаете. Давайте отойдем в тень.
 - Говори здесь, - сухо ответила Катя, - Меня могут искать.
 - Как Вам будет угодно, - молодой человек вытер со лба пот.
 - Что ты хочешь мне сказать? – девушка поглядела вокруг.
 - Не ищите, - Рудик криво ухмыльнулся, - Я здесь один и не причиню Вам вреда. Я лишь хотел рассказать Вам, что стало с моей семьей. Может быть, Вам будет интересно.
 - С чего ты взял? – рассмеялась Катя, - А в прочем, валяй, рассказывай!
     Рудик вздохнул и начал говорить:
 - После Вашего исчезновения мы уехали в городскую квартиру. А месяца через два нам позвонили и сообщили, что Марго арестовали, и скоро состоится суд. Мы с мамой пошли. Сестра на скамье подсудимых за решеткой с двумя охранниками. Этого мама не смогла выдержать, и прямо там ей стало плохо. Неотложка увезла её в больницу, а через два дня мамы не стало.
     Марго осудили на пятнадцать лет, но она и двух не прожила на зоне. Кто-то её придушил. Так мне потом рассказывали. Я остался совсем один. Меня отправили в интернат, как несовершеннолетнего. А когда исполнилось восемнадцать, я получил письмо от адвоката, что являюсь единственным наследником. Денег было много, но, если честно, они меня совсем не радовали. Конечно, я пустил их в дело – открыл компьютерную фирму. Но меня всё время жгло чувство вины. Вины перед Вами, Катя.
     Я начал Вас разыскивать. Сперва безрезультатно, но потом мне повезло. Я прочитал в интернет-газете сообщение, что скончалась известная в прошлом фото-модель Зоя Лапина, и что похороны состоятся такого-то числа. Я пошел на кладбище и увидел Вас. Я уже знал, что вы были дружны, что вас многое связывало. Я тогда не решился к Вам подойти, но всегда найдутся люди, готовые дать нужные сведения.
     После похорон я несколько раз порывался к Вам приехать, но всякий раз откладывал. Не хотел беспокоить. А потом я узнал, что Вы вместе со своим другом едете отдыхать на курорт.
 - И что теперь? – Катя вдруг почувствовала жалость к этому парню, но не показала этого. Слишком велика вина его семти.
 - Я хочу извиниться, - Рудик опустил глаза, - Простите меня, Катя, если сможете. Я – подлец. И еще. Если Вам что-то будет нужно, и не к кому обратиться, знайте – я всегда помогу Вам.
 - Ладно, - девушка вдруг смягчилась, - Забыли. И мой тебе совет: не ищи меня больше и поскорее уезжай отсюда.
 - Да, конечно, - парень тряхнул курчавой головой, - Прощайте.
     Он пошел по самой кромке воды, согнув спину и опустив голову. Как побитая собака.
 - Кто это был, Катюша? – к девушке подошел высокий плечистый парень в узких плавках и цветастой рубахе.
 - Так, один давнишний знакомый, - Катя прижалась щекой к его плечу.
 - Что ему было надо?
 - Не знаю. Пойдем купаться?
    
     Вечером, сидя на балконе своего номера, Катя не выдержала.
 - Андрюш. Мне нужно тебе кое-что рассказать.
     Он слушал девушку внимательно, и только горка окурков в пепельнице говорила о том, что молодой человек нервничает. Катя закончила свой рассказ и повернулась к  морю, боясь взглянуть на юношу.
 - Вот что, - Андрей затушил едва начатую сигарету, - Через два дня мы возвращаемся. И сразу же идем в ЗАГС. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. И не спорь!
 - А я и не спорю! – девушка бросилась ему на шею, - И вообще! Я обещаю никогда с тобой не спорить!

Пишите мне
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
  
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Афоризмы

Чем лучше видна грудь - тем хуже запоминается лицо.

Последние новости

Клуб Доктор Стеклов Горькие плоды любви на...

Статистика