Поделиться в социальных сетях:

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Rating 3.21 (14 Votes)

«Девочки, просыпайтесь, пора температуру мерить!», воскликнула медсестра и включила свет в палате терапевтического отделения детской больницы. Трое в неё находящейся девочек неохотно раскрыли глаза и стали бормотать в ответ: «Почему так рано…спать ещё хочется…могли бы придти на час позже». «Нельзя позже, режим есть режим, его надо соблюдать», возразила медсестра, «а ну быстро, снимайте пижамы, подставляйте попочки!». «Зачем в попу? Ведь можно мерить за пазухой!», возразила самая старшая из девочек, 12-летняя Валя, лежащая на кровати у окна. «Можно, но в попе лучше!», ответила медсестра, «там гораздо быстрее градусник результат показывает, к тому же, вы, девчата, все имеете склонение к запорам, а значит, лишний раз ваши попки потревожить вам будет очень полезно. Градусник, смазанный вазелином, выполняет роль слабительной свечки в данном случае».

Она выбрала из кармана градусник, намазала его наконечник вазелином и подошла к девочке Вале: «Ну, Валечка, повернись на бочок…так молодец, пижаму спускай…ниже, ещё ниже…трусики тоже…ножки в коленях согни…так, ещё, ещё…надо, чтобы попочка раскрылась, а то больно будет…ну ладно, теперь потужись немножко». Она приставила наконечник градусника к анальному отверстию девочки и, как только Валя потужилась, сделала втык глубиной 2-3 сантиметра. Оставив термометр торчать в попе пациентки, и приказав лежать смирно и не шевелится, пока она сама его не извлечет обратно, медсестра подошла к другой девочке, светловолосой 10-летней Ире. «Ну, Ирочка, чего еще пижаму не сняла? А ну давай по быстрому…вот так, трусики, конечно тоже, теперь на бочок поворачивайся!». «Я буду лежать на животе, мне так удобней», возразила Ира. «Как хочешь, но учти, самой неприятней будет», ответила медсестра. Она таким же образом приготовила второй термометр, левой рукой раздвинула полушария попы девочки, а правой вставила наконечник измерительного прибора ей в сраку и засунула его также на пару сантиметров вглубь прямой кишки. «Ой, больно!», закричала несчастная Ира. «Так я же тебя предупреждала, что надо повернуться на бочок, раскрыть попочку, а ты не хотела, вот потому и больно», усмехнулась медсестра. Она подошла к последней девочке, которая лежала на кровати у дверей. Это была самая младшая пациентка, 8-летняя Вика. Она уже была успевши спустить штаны пижамы и трусы до колен, повернуться на бок и притянуть ноги к животу. «Вот это молодец!», похвалила её медсестра, «самая младшая, зато самая умная из всех. Правильно, детка, нечего выпендриваться, что надо, то надо сделать чем быстрее, тем лучше, не так ли?». Вика согласно кинула головой, медсестра намазала градусник вазелином и приставила его к её попочке. Девочка сама правой рукой потянула за верхнее полушарие своей ягодицы, таким образом раскрыв доступ к заднему проходу. «Красота!», восхищалась медсестра, «ну прямо радость ставить градусники и делать клизмы таким детям как ты!». Она тут же ввела наконечник термометра в анус пациентки. «Тётя, а вы мне клизму тоже будете делать?», слегка испуганно вдруг спросила Вика. «Да нет, это я так, к слову просто сказала», ответила медсестра, потом вдруг спросила: «кстати, когда ты последний раз какала?». «Вчера утром», девочка ответила. «Ну, значит, сегодня тебе до вечера надо покакать, а то действительно клизму делать будем», сказала медсестра и вышла из палаты. Примерно через минуту из соседней палаты, где лежали дети дошкольного возраста, начал раздаваться плач и крик: «Ой, тётенька, не надо…больно…не пихайте так глубоко…зачем вы опять в попу суете?». В ответ был слышен грозный голос медсестры: «Так, а ну быстро все успокоились! Штаны сняли, попы раздвинули! Вот так, и чтобы больше не писку! Ишь какие умники нашлись, будут командывать, что им надо делать, что не надо…» Вскоре последовало пару шлёпков ладонью по голым задницам. «Да, не сладко нашим малышам приходится», проворчала Валя, слушая шум за стеной. «Сами виноваты, чего сопротивляются?», возразила Вика. «А я никак не понимаю, зачем нас мучают этими градусниками в попу?», вмешалась в разговор Ира, «ставили бы за пазухой, всё было бы нормально». «Ну тебе же объяснила медсестра, почему так надо делать», ответила Вика. «Да, объяснила, но не убедила», покачала головой Ира, «по-моему, ей просто нравиться нас мучить, вот и всё!». «Градусник в попу ещё не так страшно», Вика осталась при своем мнение, «уколы мне гораздо более не нравятся». «Уколы – дело неприятное», согласилась Валя, «но я всё-таки больше всего ненавижу клизмы». «Кто же их любит?», усмехнулась в ответ Ира. «Нет, ну главное, что потом ещё не дают сходить на горшок, терпеть заставляют 5 минут», продолжала тему Валя, «эти минуты длятся как часы, кажется, живот вот-вот лопнет или вода изо рта польётся». «А опорожняться потом на глазах у всех какого?», добавила «масло в огонь» Ира. «Ой, знаешь, мне когда последний раз клизму делали из такой огромной-огромной груши», начала вспоминать Валя, «там внутри было не меньше пол литра воды, а затем ещё удерживать заставляли, то потом, когда наконец на горшок отпустили, мне уже было всё равно, кто на меня смотрит, пусть хоть пол города, я была рада, что могу наконец опорожниться и делала это, остальное для меня было пофиг». «Да, кстати, хорошо, что в нашей палате мальчиков нет, а то знаешь, как мы теперь лежали бы у них перед глазами голыми попами», ужаснулась Ира. «В соседней палате есть, двое», заметила Вика. «Ах да, ну они же малыши, 5-6 лет», махнула рукой Ира. «Малыши, а подсматривать любят», возразила Валя, «когда медсестра нам уколы делает, двери часто остаются приоткрытыми, и они тогда наблюдают через щель, что тут происходит». «Им что, своих девок в палате мало, пусть смотрят, как их колят и клизмуют», недовольно ворчнула Ира. «Видно мало. К тому же, мы постарше, значит интересней», ответила Валя. «Да бросьте вы, подумаешь беда, увидят моя голую попу. Пусть смотрят, мне не жалко, раз им это так интересно!», отрезала Вика. «Это потому, что ты ещё маленькая, подрастёшь и тоже будешь стыдиться», ответила ей Валя.
Тут в палату опять зашла медсестра с записной книжкой и пластмассовым стаканом в руках. Она по очереди начала вытаскивать из поп девочек термометры и записывать их показания в блокноте, затем градусники клала в стакан, чтобы их продезинфицировать и снова использовать по назначению. Почти у всех девочек температура оказалась нормальной, лишь у Иры она была немного повышена. Как только медсестра с термометрами снова ушла, Валя встала с кровати, извлекла из под неё свой горшочек и села на него. Для её большой попки горшочек был слегка маловат, полушария ягодиц свисали через его края. «Вы уж не обижайтесь, соседки, но меня приспичило после термометра», она сказала и выжала из себя порцию какашек. «Фу, теперь тут вонять будет!», сморщилась Ира, «могла же сходить в туалет на большой горшок». «Нам сказано соблюдать постельный режим и без разрешения врача не вставать», возразила Валя, «к тому же, я боюсь, что, пока я дойду до туалета, желание могло бы и исчезнуть». «Ох, ну и беда случилось бы!», иронизировала Ира. «Да, я не хочу, чтобы мне клизму делали бы ещё раз, достаточно той, которую пару дней назад получила. А ты наверное просто завидуешь, что я могу покакать, а ты нет», сказала Валя и опять выжала в горшок порцию испражнений. «Я не могу? Я запросто могу, только пока мне ещё не хочется», возмутилась Ира. «Девочки, хватит спорить!», вмешалась Вика, «пусть какает Валя, если ей хочется, я была бы очень рада, если мне захотелось бы какать после измерения температуры, но не тут то было!». «Ага, пугаешься клизмы?», усмехнулась Ира. «Не то, чтобы пугаюсь, но не хочется, естественно, как и всем нам», ответила Вика. «Валя, ты дай мне немножко из своих какашек положить в мой горшок, я тогда скажу санитарке, что я тоже покакала», неожиданно предложила Ира. «Ага, ещё чего вздумала!», покачала головой Валя, «она не такая дура, увидит, что твоя попа не грязная, если что, и палец в дырку засунет для проверки. К тому же, у меня самой каки не так уж и много, чтобы с кем то делиться!». «Ух, жадина-говядина!», возмущенно произнесла Ира. «Ира, ну что ты глупости говоришь!», Вика стала её доводить до ума, «как долго ты думаешь скрывать свой запор, рано или поздно его всё равно обнаружат!». „Ладно, ты про меня не беспокойся, смотри, как бы тебе самой сегодня вечером клизму не влепили!», сердито отрезала Ира. «И ничего, пусть влепляют, раз надо, так надо, не стану из-за этого плакать и какие-то фокусы с какашками устраивать», Вика не осталась в долгу с ответом.
«Девочки, чего ты тут так шумите?», вдруг послышался голос пожилой санитарки, которая незаметно была зашевши в палату. Девчата вдруг все сразу замолкли, и в палате наступила гробовая тишина. «Ну, что тут у вас нового? Ага, вижу Валечка какает, молодец, так и надо, чтобы клизму зря не тревожить…Ну, а вы, красавицы, не хотите сходить по большому?». Вика отрицательно покачала головой, а Ира вообще на это никак не среагировала. «Такс», проворчала санитарка, посмотрев в свою записную книжку, «Ира Соловьёва, последний раз опорожнялась позавчера, в 18.30. Вчера, значит, не какала, так, мадмазель?». Ира продолжала молчать, остальные девочки тоже. «Придется тебе, дорогуша, свечечку поставить, раз сама какать не хочешь». Она достала из кармана коробку со свечками, оторвала одну свечку вместе с упаковкой и сказала Ире: «Быстро штаны снимай, на бок поворачивайся!». Ира неохотно уже второй раз за сегодняшнее утро спустила до колен пижаму, затем также трусики и повернулась на левый бок. «Ноги в коленях согни и подтяни к подбородку!», командовала санитарка, и девочка была вынуждена ей подчиниться. Санитарка левой рукой раздвинула Ирины ягодицы, правой освободила от упаковки свечку и ввела её девочке в задний проход до упора, сколько могла достать указательным пальцем правой руки. «Теперь лежи и не двигайся 10 минут, а потом пойдешь на горшок», женщина распоряжалась, «и если, не дай Бог, не покакаешь, то уже заранее настраивай себя на большую клизму. Ну а ты, Валя, уже всё выкакала?». «Да, кажется, что всё!», девочка ответила. «Подыми попу, покажи, что там в горшке!». Валя подняла попку, и санитарка осмотрела содержание горшка. «Ладно, с тебя хватит на сегодня, клизма тебе пока не грозит», сказала санитарка и обратилась к Вике: «А ты, дорогуша, какала вчера утром, не так ли?». Девочка кивнула головой. «Почему сегодня тоже не какаешь?». «Не хочется!», Вика ответила. «Если до вечера не захочется, то придется тоже звать на помощь свечку или клизму», констатировала санитарка, затем дала Вале большой кусок туалетной бумаги, велела ей вытереть себе попу и бросить использованную бумагу в горшок, который после этого вынесла вон. Не успела она толком уйти, как опять в палату забежала медсестра с поддоном в руках, на котором лежали шприцы. Бедным девочкам уже который раз пришлось оголять попу, на сей раз для получения уколов. Так как Ира уже лежала со спущенными трусами, то ей первой достались два укола в попу, затем последовал черёд Вали и напоследок – Вики. Её попочка была самая маленькая из всех, поэтому, наверное, девочка особо чувствовала боль во время введения инъекций, медсестра это знала и старалась вводить лекарство медленно. Закончивши неприятные процедуры и прилепивши каждой девочке на место укола заспиртованный кусок ваты, медсестра удалилась. «Фу, самое неприятное уже позади!», облегченно вздохнула Валя. «Смотря кому!», проворчала сквозь зубы Ира. «Ты думаешь, что после свечки не покакаешь?», спросила её Валя. «Если и покакаю, то для бабы Дуси (так звали санитарку) всё равно этого будет не достаточно», ответила Ира. «Ладно, не переживай, Ира», сказала Вика, «тебе самой легче станет, когда клизму сделают, из собственного опыта знаю». «Тогда ты может предложи ей проклизмовать себя вместо меня!», заикнулась Ира. «Я бы не возразила бы, но не получится, каждому своё попадёт», ответила Вика. Вскоре опять появилась санитарка и сказала Ире: «Ну, красавица, садись на горшок, посмотрим, что из тебя выйдет!». Ира медленно выпрямила ноги, встала с кровати, вытащила из под неё горшок и села на него. «Пррк!», раздался звук из попы девочки, маленький кусок не растаявшей свечки впал в горшок. Ира начала тужиться, и вскоре за ним поползла большая, бурая какашка. Девочка составила не мало труда вытолкнуть её наружу, когда это произошло, она довольно вздохнула и вытерла рукой пот с лица. Санитарка, которая всё время стояла рядом и наблюдала за Ирой, похвалила её и велела продолжать в том же духе. Больная старалось весьма усердно, но увы, больше ничего ей выжать не удалось, как не она пыхтела, сопела и кусала губы от напряжения. «Ну что же, Ирочка, видно клизмочку всё-таки надо будет звать на помощь!», сказала санитарка и пошла в процедурную за грушей. Несчастная Ира побледнела, слезы начали ей капать из глаз. «Да ладно, не строй из себя психа!», стала успокаивать её Валя, «сделают тебе клизму, покакаешь, всё будет нормально. Ты только не сопротивляйся, тогда больнее будет». «Да, Валя права», согласилась Вика, «лежи спокойно и всё быстро закончится, а если будешь кричать, то все мальчики сбегутся на тебя смотреть, да и сам процесс дольше растянешь». «Ах, какие вы умные, вам легко говорить, когда клизма не вам, а мне делается», сердито отрезала Ира. «Так мы тебе из собственного опыта всё это и рассказываем, как же иначе», усмехнулась в ответ Валя. «Да, конечно, я бы тоже могла бы из своего опыта советы давать другим, если ко мне это в данный момент не относилось бы», продолжала ворчать Ира. Она продолжала усиленно тужиться, сидя на горшке, как бы надеясь в последний момент до прихода санитарки с клизмой ещё прокакаться, но тщетно. «Не мучайся, детка, сейчас клизма решит твои проблемы», послышался голос бабы Дуси, которая вошла в палату, держа в руках большую, наполненную разведенной в воде касторкой клизменную грушу. «Нет, пожалуйста, не надо делать клизму!», слёзным голосом завопила Ира, вскочила с горшка и собралась уже выбегать из палаты, но санитарка оказалось проворнее, быстро схватила девочку за руку и крикнула медсестре: «Люда, иди на помощь, Ира не дает клизму сделать!». Через несколько секунд в палату забежала медсестра. «Ну, что за капризы? Ты думаешь, что будешь сама решать, что тебе надо, что не надо?», сердито крикнула она на девочку, «нет, голубушка, тут больница, и мы будем тебя командывать, а не ты нас!». Она схватила Иру за пазухи и потащила девочку к её кровати, санитарка тем временем положила клизму на тумбочку,  подняла пациентку за ноги, и так они вдвоем быстро уложили несчастного ребёнка на кроватку, повернули на левый бок и согнули ножки в коленах. «Люда, ты держи её, а я буду делать клизму!», распорядилась санитарка. Медсестра крепко прижала Ирины ноги к животу и частично улеглась своим весом на девочку так, чтобы она не могла бы оторваться от кровати, а санитарка тем временем быстро вставила в раскрытый задний проход девочки клизменный наконечник. «Ой, мама!», ревела бедная девочка, но санитарка, не обращая на её вопли внимание, плавными, медленными движениями сжала клизменный баллон и не спеша ввела его содержание пациентке в кишечник. Две другие девочки внимательно наблюдали за произведением процедуры. С одной стороны им было жалко Иры, испытывающей такие физические и моральные страдания, а с другой они втихаря радовались, что сами не находятся на её месте.  Дверь в палату второпях осталась открытой, и вскоре в них появились два пацана-дошколята, которые, слыша вопль Иры и ругань медсестры, решили посмотреть, что же тут происходит. «А ну быстро убирайтесь!», сердито крикнула на них Валя, «нечего тут смотреть и наслаждаться. Вас тоже скоро клизмовать будут!». Санитарка, сложив пополам баллон и выжав из него последние капли жидкости, извлекла наконечник из сраки Ирины и повернулась к ребятам: «А, Миша и Коля тоже хотят клизмы! Сейчас получат!» и угрожающе направилась к ним. «Нет, не надо!», завопили мальчики и галопом умчались в соседнюю палату. «Ух, какие пугливые», усмехнулась санитарка, затем сказала медсестре: «Люда, ты может подержи пока сжатыми ягодицы девицы, а я пойду, клизму вымою и сейчас назад вернусь». «Хорошо», ответила медсестра, отпустила ноги Ирины и стиснула вместе полушария её попы. «Дурочка ты, Ирочка», она стала воспитывать девочку, «чего же ты добилась своим сопротивлением? Только растянула уже и так неприятную процедуру, а вдобавок еще пацанов созвала. Лежала бы спокойно, никто и не заметил бы, что тебе клизма делается». Ира на то ей ничего не отвечала, лишь тихо всхлипывала в подушку. «А мальчикам вы тоже клизмы делаете?», вдруг спросила Валя. «Конечно, делаем, как же иначе!», ответила медсестра. «Тогда позовите нас тоже на них посмотреть, чтобы мы были бы квиты. А то не честно – они на нас смотрят, на мы на них – нет», возмутилась Валя. «Ну, не знаю, поговорю с санитаркой!», ответила медсестра Люда, «если вы за одно согласитесь их подержать, то она может и согласится». «Я согласна», ответила Валя. Вскоре вернулась санитарка, отпустила медсестру и сама начала удерживать попу Иры. «Отпустите Иру на горшок, хватит её удерживать», стали почти дуэтом умолять бабу Дусю Валя и Вика. «Еще две минуты пусть полежит, тогда пойдёт на горшок!», ответила санитарка. „Отпустите сейчас, мне очень какать хочется», сама Ира тоже стала умолять. «Ах, теперь, значит, хочется», усмехнулась санитарка, «а ведь несколько минут назад совсем не хотелось, не так ли?». «Хотелось, просто я не могла выжать», ответила девочка. «И не выжала бы, если клизму тебе не сделали бы», поучительно сказала санитарка, «так что, лежи теперь спокойно всё положенное время и не пикай. Кстати, если тебе распирает живот, подыши глубоко через рот!». Ира начала усиленно дышать ртом, её самочувствие на какое-то время улучшилось. «Когда же вы, ребята, дойдёте до ума и прекратите сопротивляться во время клизмы», вздохнула санитарка, «и нам, и вам было бы гораздо легче». «А вы сама не сопротивлялись, когда вам в детстве клизму делали?», вдруг спросила Валя. Баба Дуся слегка опешила, потом честно ответила: «Уже не помню, возможно, что и сопротивлялась, но новое поколение должно быть умнее старого. Кстати, в наше время запоры были гораздо более редкое явление, чем сейчас, когда уже почти каждый второй ребёнок сам не может сходить по большому». «Не уж то?», изумилась Вика. «Да, моя практика на работе это показывает…Ну, ладно, Ира, можешь вставать и садиться на горшок», сказала санитарка и отпустила ягодицы больной девочки. Последняя молниеносно вскочило на ноги и села на рядом с кроватью всё ещё стоящий горшочек, в котором лежала ранее ею выжатая какашка. Содержание кишечника девочки шумно вырвалось наружу – сначала вылилась вода, затем стал падать размягченный клизмой кал. Ира обильно испражнялась в течении минут 7-8, затем она почувствовала приятную лёгкость в животе и стала звать санитарку, чтобы та обмыла её попу и вынесла вон горшок. Баба Дуся, на время вышевшая из палаты, вернулась обратно с миской тёплой воды, велела Ире присесть над ней, обмыла её промежность и задний проход, дала её кусок туалетной бумаги и сказала самой подтереться; когда это было сделано, она унесла горшок с калом Ирины в уборную.
Далее девочкам принесли завтрак, они поели, стали потом играть в домино и карты. Тут вдруг дверь палаты открылась, и в палату медсестра завела мальчишку лет 7-8. «Знакомтесь, это ваш новый сосед по палате, Дима», она сказала. «Вот ещё новость, зачем его к нам положили?», недовольно заворчала Валя, «могли же в отдельную палату для мальчиков». «В нашей больнице детей не группируют по половому признаку, а по диагнозам», медсестра пояснила, «так что, будьте любезны всё-таки с ним ужиться. И ты, Дима, тоже не конфликтуй с девочками, хорошо?». «Да, конечно», мальчик тихо ответил. Медсестра тут же опять ушла. Девочки забросили игру и стали смотреть на пацана. «Ну, и же у тебя за диагноз?», первой нарушила молчание Ира. «Что, что?», паренёк не понял. «Я спрашиваю, почему тебя в больницу положили, что у тебя за болезнь?», стала объяснять по-простому Ира. «Не знаю точно…вроде бронхит…или воспаление лёгких», пожал плечами мальчик, «у меня кашель и температура не проходит». «Ну, значит, тебя будут колоть», вмешалась Валя, «будешь нам свою попу показывать». «Как, тут же будут уколы делать…в вашем присутствии?», опешил Дима. «Да, а как ты думаешь?», усмехнулась Валя, «но не горюй, ты тоже сможешь посмотреть, когда нам будут делать уколы и клизмы». «Так клизмы тут тоже делают?», ужаснулся мальчик. «Да, мне пару часов назад делали», ответила на сей раз Ира, «жаль, что тебя не привели раньше, мог бы посмотреть». «А мне будут клизму делать?». «Ну, не знаю…», пожала плечами Ира, «как им заблагорассудится, кстати, ты сегодня какал?». «Сегодня ещё нет…», испуганно признался мальчик. «Ну, тогда нам обоим вечером клизма предстоит», сказала до сих пор молчавшая Вика. «А почему именно нам?» «Потому, что Валя сегодня сама покакала, Ире только что уже делали клизму, а вот мы с тобой пока не какали, значит нам вечером клизма грозит». «А Ира сколько дней не какала перед клизмой?», Дима решил спросить. «Это уже не твоё дело!», отрезала девочка, «сколько ни было, для них казалось долго. И вообще, ты мог бы отвернутся, мне писать хочется, я сейчас буду на горшок садиться». «А почему здесь, а не в туалете?». «Потому, что нам прописан постельный режим, тебе наверное тоже», ответила Ира. Она достала из под кровати горшок, спустила штаны пижамы и трусы и села на него. Струя мочи заурчала в судно. Мальчик стоял как окаменевший и не спускал глаз с девочки. «Ну что, интересно смотреть?», ехидно спросила Ира. Паренек ничего не успел ответить, как в палату зашла медсестра. «Дима, снимай штаны, будем температуру мерить!», она сказала. «А почему штаны?», недоумевал мальчик. «Потому, что в попу будем градусник ставить, так у нас принято», пояснила медсестра. Дима дрожащими руками спустил надетую в приемном отделении пижаму, затем трусики, лёг на левый бок и прижал ноги к животу, как и велела ему медсестра. Девочки заинтересованно смотрели на его член и мошонку, болтающейся между ног. Медсестра развела ягодицы мальчика и вставила ему в задний проход намазанный вазелином конец термометра. «Ой!», застонал несчастный Дима. «Что, неприятно?», спросила медсестра, «ничего не поделаешь, надо потерпеть. Вот, девочки тоже сегодня терпели». Чтобы паренек успокоился бы, она взяла в руки его членчик и стала его медленно массировать, приговаривая: «Будь спокоем, Димочка, всё будет хорошо, сейчас измерим температуру и выберем градусник». Через пару минут она извлекла термометр, посмотрела его показания и сказала Диме, что его температура заметно повышена, потому она сейчас будет делать ему уколы в попу, пусть он лежит в той же позе и не двигается. Мальчику пришлось подчиниться. «Ну, как первая процедура?», спросила вставшая с горшка и заправившая штаны Ира. «Ужасная!», честно ответил мальчик. «Ага, а ведь это только начало. Теперь получишь уколы, вечером опять будет градусник в попу и, вполне возможно, ещё и клизма», пугала его девочка. «Это вам всем так делают, или только мне?». «Всем нам, а как ты думаешь!». Вскоре к Диме подошла медсестра со шприцами. «Лежи спокойно, Димочка, всё будет нормально!», она сказала и протёрла спиртом полушарие попы мальчика, после чего вонзила туда иглу. Несчастный ребёнок опять заревел. «Тихо, тихо!», опять успокаивала его медсестра, «сейчас введем лекарство…ну вот, хорошо», она прижала вату к месту укола, «а теперь ещё один такой же укольчик…» Дима терпел, стиснув зубы, изо всех сил стараясь не плакать. «Я не должен этих тёток обрадовать», он думал при себе, «они ведь только того и ждут, чтобы я перед ними опозорился бы». Действительно, девочки внимательно за ним  наблюдали и были слегка разочарованные тем, что парень не плакал и физически не сопротивлялся как они сами в первый раз, когда им кололи лекарство в попу. «Ладно, это он перенёс, но что будет вечером с клизмой?», прошептала себе под нос Валя. «Ты мне что-то говоришь?», спросил Дима. «Да нет, я сама с собой разговариваю», отрезала Валя.
В течение дня девочки и мальчик уже успели привыкнуть друг и другу и даже в какой-то мере подружиться.  Они разговаривали о том, о сём, играли в карты и в случае надобности справляли малую нужду в своих горшочках (Диме тоже санитарка принесла такой предмет), особо уже и не стесняясь друг друга. Перед обедом приходил доктор, велел раздеться всем до пояса, слушал лёгкие детей. Валя, как девочка, у которой уже начала появляться грудь, закрыла её во время осмотра обоими руками, вызвав таким образом насмешку в первую очередь со стороны своих соседок по палате. «Смейтесь, смейтесь, пока вам там ещё нечего прятать, посмотрим, как себя поведёте в моём возрасте», обиделась Валя и вплоть до вечера больше разговаривала с Димой, чем с девочками. Она узнала, что у него есть две взрослые сёстры, которые его очень стесняются и никогда не переодеваются в его присутствии. Он признался, что до сих пор даже не у одной девочки голую попу и промежность ему не довелось толком увидеть. Валя в свою очередь сказала, что у неё есть старший брат, который тоже ей свой «писун» никогда ещё не показывал. Потому она с удовольствие наблюдала, как Дима писает в горшок, и не возражала, когда он наблюдал за ней, делающей то же самое. Так понемногу наступил вечер, дети поужинали, медсестра им опять всем измерила температуру в попе, сделала необходимые уколы. Баба Дуся вынесла горшки с мочой, не скрывая своё не удовлетворение тем, что никто из детей во время дня не какал. «Вика, быстро садись на горшок и тужись! И ты, Дима, тоже! Если не покакаете, то клизмы вам не избежать!», она приказала. «Я наверное сама не смогу», чистосердечно ответила Вика, «поставьте мне свечку, тогда может покакаю. А если хотите, делайте сразу клизму, я не буду возражать и сопротивляться!». „Похвально, что ты такая послушная», ответила санитарка, «но всё-таки начнём может со свечки. Снимай штаны!». Вика послушно спустила штаны пижамы и трусики до колен, легла на кровать, повернулась на левый бок, прижала ноги к животу и правой рукой потянула за свою ягодицу. Санитарка немедля ввела ей в задний проход глицериновую свечку, затем велела девочке выпрямить ноги, повернутся на спину и стала массировать живот Вики по часовой стрелке. «Мне очень хотелось бы, чтобы ты сама покакала бы», сказала баба Дуся, «уж больно неохота мучить такую послушную девочку как ты клизмой». «Да ладно уж, какие там муки», махнула рукой Вика. «Нет, ну всё равно, лучше самой какать», настаивала санитарка. Дима тем временем тоже был снявши штаны и трусики и севши на горшок. Он начал старательно тужиться, поскольку очень не хотел, чтобы к нему применяли бы клизму. Через пару минут ему удалось вытолкнуть средней длинны какашку, которая звонко упала на дно горшка. Санитарка, услышав это, перестала массировать живот Вики и направилась к нему. «Ну-ка, покажи, паренёк, что там у тебя получилось!». Дима поднял попу с горшка. «Неплохо, но тужись ещё, ты ведь сегодня впервые какаешь, не так ли?». Дима кивнул головой. «Ну, так вот, значит надо еще что-то выкакать». Мальчик вновь сел на горшок и опять напряг мышцы заднего прохода. Он почувствовал, что из живота лезет большой кусок кала, стал усиленно тужиться и наконец вытолкнул его вон, но тут его пронзила дикая боль в области заднего прохода, такая, что Дима даже взвыл от неё. «Димочка, что с тобой?», испуганно спросила санитарка. «Болит попа!», мальчик ответил. «Быстро показывай, что там такое!». Она подбежала к горшку, Дима поднялся, баба Дуся увидела кровь в горшке и на попе мальчика. «Ой, бедняжка, ты так тужился, что разорвал свою прямую кишку!», она сокрушалась. Затем санитарка решила позвать медсестру, вдвоём они осмотрели задний проход мальчика. Было решено сделать ему обезболивающий укол, ввести в анус новокаиновую свечку. Дима терпел, скрипя зубами, всё время, пока выполнялись указанные процедуры, хотя редкие слёзы всё-таки предательски иногда появлялись из него глаз. Его тешило то, что девочки – Ира и Валя – не особо обращали внимание на происходящее с ним, ибо наблюдали за Викой, которая тоже была севши на горшок и тщетно пыталась покакать после введенной свечки. «Вика, не уж то тебя совсем не распирает?», удивленно спросила Ира, «у меня тоже был запор, но я хоть немножко выкакала». «Нет, мне совсем не хочется!», печально покачала головой Вика, «видно, запор у меня возник где-то в глубине кишечника, куда ни свечка, ни градусник не добирается. Остается надеяться лишь на клизму, это единственное спасение». «Однако ты всё-таки потужись, а вдруг что-нибудь получится!», настаивала Валя. «Не надо её заставлять!», вмешалась санитарка, «видите, Дима так старался, боясь клизмы, что порвал свою попу. Погоди, Вика, сейчас закончим с Димой, тогда сделаем тебе клизмочку». Вскоре Диме был сделан укол, вставлена свечка и введён марлевый тампон в задний проход. Медсестра велела ему повернуться на бок и спокойно лежать где-то полчаса, пока прекратится кровотечение из попы. Санитарка тем временем ушла в процедурную наполнять для Вики клизму. «Вика, ты молодец, что не тужилась так, как я», сказал ей мальчик, «ой, гораздо лучше принять в себя клизму, чем испытывать такую боль, как я только что!». «А тебе всё ещё больно?», спросила его Валя. «Теперь уже почти нет, но пару минут назад – не дай Бог, как болело», ответил мальчик. Вика тем временем уже встала с горшка и легла на кровать в привычную позу для получения клизмы. Где-то через минуту с клизменным баллоном в руках вернулась баба Дуся. «Ну что, Викочка, не хочет твоя попочка ничего выпускать?», она печально констатировала, «ничего,  сейчас клизмочку сделаем, и всё у тебя получится». Она привычным движением ввела наконечник баллона в широко раскрытый задний проход Вики, которая как обычно сама оттягивала рукой свою правую ягодицу, немножко подождала, пока прямая кишка девочки привыкнет к инородному предмету внутри неё, лишь затем очень плавно и медленно стиснула грушу, впуская её содержание в кишечник больной девочки. Лежащий на боку Дима внимательно наблюдал за проведением процедуры, Валя и Ира также не спускали глаз со своей соседки по палате. Время опустошения груши заняла примерно полминуты, затем санитарка также осторожно извлекла наконечник и стала удерживать стиснутые вместе ягодицы Вики. «Ой, тётя, как мне какать хочется!», завопила Вика, «вы, наверное, очень большую клизму мне ввели?». «Да, девочка», мотнула головой баба Дуся, «при большом запоре нужна большая клизма. Но ты не бойся, объём воды не превышает допустимого. Дыши глубоко через рот и постарайся вытерпеть положенные 5 минут». Вика усердно задышала, чувство распирания и позывы на низ постепенно прекратились. Она спокойно пролежала положенные 5 минут, затем встала на ноги и в очередной раз положила попу на горшок. «Пррук!», прозвучала негромкая пука, после чего из заднего прохода девочки вылилась вода и стал понемногу выходить твёрдый кал. Даже после сделанной клизмы Вике пришлось здорово потужиться, чтобы вытолкнуть вон затвердевшие какашки, которые немного растворила, но полностью не размягчила клизменная вода. Однако через пару минут каловый завал удалось прорвать, стали выходить более мягкие испражнения, для выжатия которых Вике уже не приходилось прикладывать большие усилия. Палату наполнил сильный, неприятный запах, санитарке пришлось открыть окно для проветривания помещения. Валя и Ира отвернулись в другую сторону по отношению к горшку Вики, лишь Дима продолжал лежать в той же позе.
В целом процесс раскакивания Вики длился минут пятнадцать, суммируя время, израсходованное на постановку клизмы, и время, в течение которого Вика испражнялась. Когда дефекация у девочки наконец закончилась, баба Дуся обмыла попу больной, велела ей заправить трусы и пижаму и ложиться спать, после чего вынесла горшок с калом. Валя и Ира решили, что на сегодня процедуры будут закончены, то тут они ошиблись. Минут через пять санитарка опять вернулась в палату, держа в руках небольшой клизменный баллон, примерно в два раза меньше, чем тот, из которого только что делала клизму Вике. На сей раз она подошла к Диме, который всё так и лежал на левом боку, с притянутыми к животу ногами, извлекла ему из попы тампон, после чего очень медленно и осторожно ввела туда обильно намазанный вазелином наконечник клизмы. «Тётя, что вы делайте, я ведь только что покакал!», стал возражать Дима, но санитарка ему объяснила: «Эта масленая, не очистительная клизма, она делается для того, чтобы быстрее срослась трещина в твоём заднем проходе, которую ты только что себе сам сделал». После чего она сжала баллон и ввела его содержания в прямую кишку мальчика. Извлекши наконечник, она приказала мальчику удерживать введенное масло в животе до утра, затем пожелала всем детям спокойной ночи и ушла. 
  Так закончился один из будних дней в детской больнице небольшого райцентра Н-ской области. Утром детей ждали новые процедуры, про которых расскажем в другой раз.

Комментарии  

 
лера
-1 #1 лера 27.08.2013 20:14
:cry: ;-) :-| :oops: :D :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :-) :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :roll: :P :P :P :P :P :P :P :P :P :D :D :D :D
Цитировать
 

Афоризмы

Если муж открывает жене дверь машины, то это либо новая машина, либо новая жена.

Последние новости

Пoрoй я чувствую сeбя нaстoящeй блядью: грязнoй,...

Статистика